Но все оказалось не так просто. Валирийцы так или иначе отдавали себе отчет в том, что как бы ни был силен их контроль над этими огнедышащими чудовищами, им самим никогда не достичь подобного могущества. Именно тогда в сердцах драконьих владык зародилась зависть и четкое желание заполучить в свои руки хотя бы толику этой необузданной силы — стать подобными драконам.
Стоит ли упоминать, что все это не могло закончиться благополучно? По словам того же Эйрона, первые эксперименты действительно принесли определенные результаты. Многие получили ту или иную драконью черту. Будь то высокая сила, крепкая кожа или же вовсе неопалимость. Все это только больше взбудоражило этих безумцев, и эксперименты продолжились, постепенно становясь все более жестокими и глобальными. В какой-то момент в ход и вовсе пошла магия крови, в которой валирийцы успели поднатореть.
Безумие и магия крови оказались гремучей смесью, что в итоге вылилось в событие, известное миру как Рок Валирии. Очередной кровавый ритуал, в ходе которого эти безумцы, которые давно перестали быть похожими на людей, хотели одарить весь свой народ, пошел не по плану, что по итогу запустило цепную реакцию. Огромное количество магической энергии, вкупе с большим количеством принесенных в жертву рабов, пробудило созданий, обитающих в красной тьме Четырнадцати огней.
Огненные змеи — создания столь древние, что обитали в Четырнадцати огнях задолго до появления в этих краях первых драконов. Змеи, что сродни драконам и могут извергать пламя. Сама лава течет по их источающим ужасающий жар телам. И тела их могут достигать поистине чудовищной величины. И у этих чудовищ была только одна слабость — они до безумия не любили холод, буквально умирая от него.
Как становится понятно, одновременное пробуждение тварей, что обитали в недрах вулканов, заставило эти самые вулканы извергаться. Что, в свою очередь, позволило этим огненным змеям расползтись по всей территории Валирийского Фригольда, сея смерть и разрушения.
К сожалению, более подробной информации о произошедшем в дневнике я не смог получить. Только упоминание, что Эйрона заперли в этом хранилище, когда тот попытался остановить ритуал, а также его слова, что все случившееся — это проклятье за вероломное предательство. И слова «это все из-за них» означали, что виной всему именно мой Род, что наложил это самое проклятье.
— Да воздастся каждому по делам его, — с какой-то злостью и некоторой внутренней удовлетворенностью пробормотал я.
***
252 г. от З.Э. Руины Валирии.
Ират Рексарион.
— Паршиво, — пробормотал я, смотря на дно мешка, в котором еще недавно были припасы.
Я уже успел сбиться со счета, сколько времени провел в этом чертовом хранилище наедине с трупом. Со временем я начал чувствовать голод, который с каждым часом становился только сильнее. Меня спасала лишь моя экономность в плане поглощения воды. Такими темпами ее еще может хватить на пару дней.
Вот только у меня нет этих двух дней.
Становилось предельно ясно, что я уже истратил четверо суток, которые обозначил Россу перед отплытием. Но я более чем уверен, что эти идиоты заставят капитана подождать еще пару дней даже с риском, что на корабле закончатся припасы. И если я хочу воссоединиться со своим отрядом и продолжить путешествие в комфорте, то мне необходимо торопиться.
Вот только я уже более суток пытаюсь найти другой выход из хранилища и с каждой попыткой убеждаюсь, что его здесь нет и что мне предстоит проделать весь путь обратно.
— Прекрасно, просто прекрасно, — раздраженно бормотал я, сидя на полу, прислонившись спиной к стеллажу и монотонно постукивая об него затылком. — Разъяренный дракон, не желающий подчиняться, огненные твари, мечтающие меня сожрать, и горы пепла. Что может быть лучше?
Но нытьем делу не поможешь, поэтому необходимо было продвигаться дальше. Напоследок с сожалением окинув содержимое хранилища, я покинул помещение. Конечно, можно было набрать все, что плохо лежит, но, объективно, добыча бы только помешала. Что, в свете возможной встречи с драконом, стало бы равносильно смерти.
Уже вернувшись к лестнице, я решил присесть на ступеньки и хорошенько продумать свой план, пока у меня есть на это время. Не думаю, что на поверхности у меня будет такая возможность.
— Итак, что мы имеем? — начал я рассуждать вслух, потому что так было легче сконцентрироваться. — Гигантский и, вероятно, древний дракон, которому не понравилось, что я залез на его территорию, и множество огненных змей, от одного присутствия которых плавится земля. И все это против меня — голодного и раненого, но зато с валирийским клинком.
Тяжелый вздох вырвался сам собой, но вместе с ним начало расти и раздражение.
— Паскудство, — устало и зло проговорил я. — А ведь надо еще добраться до источника зова. Это же надо было так влипнуть.
