Отвар и правда оказался противным на вкус, зато бульон все исправил. Даже силы появились, хотя вставать мне не позволили. С медсестрой мы договорились, что я буду сидеть, но не попытаюсь удрать. Впрочем, ноги дрожали, так что о побеге и думать не стоило.
Ректор появилась, едва я закончила обедать. Аманда Вейр как всегда выглядела образцом элегантности. Ее зан тут же запрыгнула на кровать, закрутилась и легла как кошка. Мои ноги основательно прижало пушистой тяжестью.
– Здравствуйте, леди Вейр, – пробормотала я, пытаясь сесть как можно прямее. Больничная пижама показалась мятой и некрасивой. Впрочем, она таковой и являлась.
– Леди Килей, добрый день. Как вы себя чувствуете?
Я сглотнула. Вряд ли ректор зашла, чтобы просто спросить о моем здоровье.
– Лучше. Мне дают что-то от боли.
– Я в курсе инцидента, – леди Вейр поморщилась. – Нам стоит поговорить.
– Давайте, – согласилась покорно.
Ректор огляделась, подхватила один из стульев и поставила рядом с постелью. Присев на него, устремила на меня задумчивый взгляд. Мне почему-то захотелось поежиться.
– Леди Килей. Элизабет, позволите вас так называть?
Кивнула. Ну а кто мог сказать «нет»?
– Так вот, Элизабет, вы же понимаете, что инцидент между вами и леди Лавиной Криссан – это очень серьезная вещь. Мы выслушали свидетелей и саму юную леди. Надо сказать, их показания различаются. Леди Криссан уверяет, что защищалась, так как вы напали на нее. Якобы из-за того, что не смогли поделить одного из наших учеников.
– Глупости! – Я едва не подпрыгнула. – Извините!
– Все в порядке. Конечно, такой скандал между двумя семьями, да еще произошедший в нашей Академии, мы не могли замять. Потому я собрал комиссию, чтобы провести срочное расследование. Вы же у нас маг земли, верно?
– Да, – пролепетала, понимая, что это не вопрос, а скорее утверждение.
– Но мы не нашли никаких следов действия мага земли, – покачала головой леди Вейр. – Значит, ты не применяла магию. И вокруг не было ничего, что ты могла бы применить против леди Лавины. Хотя, надо признать, ее семья настойчиво требовала найти все доказательства того, что вы напали первой.
Я сглотнула. Моя семья, конечно, знатного рода. Но семья Лавины богаче и больше на слуху. Наверное, лорду ректору пришлось ой как нелегко.
– Зато вокруг были следы магии огня, – продолжила леди Вейр. – И на вашей одежде тоже. Причем по ним было видно, что на вас напали, а не ударили, защищаясь. Шпагу вы держали внизу и, накалившись, она оставила следы на одежде. Показания свидетелей это подтвердили.
Леди ректор развела руками и чуть улыбнулась.
– Знаете, они очень рьяно вас защищали. А ведь один из них – жених леди Лавины. Хотя, боюсь, уже нет. М-да... ситуация. В общем, теперь комиссия выслушает тебя. А после вынесет вердикт. Твои родители и родители леди Лавины не хотят скандала, потому мы все обсудим в рамках комиссии, без лишнего шума.
– Мне тоже лишние слухи ни к чему, – заверила я леди ректора.
Вот уж точно только шепотков не хватало, что на меня накинулись из-за парня. Фу-у-у!
– Ну так значит с утра вы пообщаетесь с комиссией. А сейчас отдыхайте. Ваша мать здесь с самого утра, ждет, когда вы проснетесь.
– А папа? – Вырвалось невольно.
Леди Вейр покачала головой. Внутри меня царапнуло. Больно. Захотелось сделать что-то противное, злое, точно я не почти взрослая девушка, а избалованный ребенок, не получивший любимую игрушку. Да мне ногами затопать захотелось. Отец меня не хочет видеть! Меня! Его дочь! Которую он в детстве катал на шее, смеялся и говорил, что я могу так ездить столько, сколько пожелаю! А теперь обожженная рука болит, от нее боль отдает в шею и виски. А он... он!
– Не хочу никого видеть! – Буркнула, отворачиваясь. – Это ведь не обязательно?
– Это ваше право, ученица Килей, но... это ваша мать.
Вместо ответа отвернулась, прикусила губу. Потому как наружу просились злые слезы. Не хочу их видеть! Я ничем не заслужила такого отношения! Мама могла бы заступиться, но не стала! И чем она тогда лучше отца?
Но если честно, мне было так плохо, что я боялась сломаться, если мама просто обнимет и пожалеет, уговаривая вернуться домой. Нет, нам лучше не видеться!
Забывшись, невольно сжала руки в кулаки, и острая боль молнией пронзила до самого локтя, хотя я едва пошевелила пальцами травмированной ладони. Боль была такой силы, что я застонала сквозь стиснутые зубы, баюкая руку, а на глазах выступили слезы.
– Держитесь! Я попрошу лекаря дать вам еще обезболивающий отвар, – сочувствием произнесла ректор. – И я все же выпишу вам разрешение на выезд город, если вы передумаете и решите встретиться с родителями. Поверьте, дома стены лечат!
Она встала, но задержалась, доверительно добавив:
– А еще вам будет намного легче наладить отношения с родителями, пока вы травмированы и нуждаетесь в их заботе. Они не станут вас ругать и упрекать, когда вам и так плохо.
– Спасибо вам!
– Выздоравливай! – С теплотой пожелала леди Вейр на прощание. Ее зан, еще мгновение назад безмятежно дремавшая со мной, мягко спрыгнула с кровати, одним прыжком нагоняя ее и первая проскользнула в открытую дверь.
