Давно б сказали. Своеобразный коллектив НИИ-75, спешно образованного при бывшем 63-м заводе, специализировался именно на таких проблемах. Что ни говори, а во время войны ведомственности было поменьше, а ведь всего пять лет прошло. Что-то дальше будет.
К этому времени практически полное отсутствие видимых успехов оживило погашенный, было, кризис. В конце концов, сверхзвуковые боевые блоки последних серий удовлетворяли требованиям военных как на настоящее время, так и на обозримую перспективу. А, до кучи, еще и товарищ Раушенбах, вообще бывший большим забавником, доказал возможность эффективного управления полетом баллистических боевых блоков на гиперзвуковых скоростях. И добро бы только теоретическую возможность, — а то и в эксперименте на дистанции шестисот пятидесяти километров КВО составило пятьсот метров всего. Поэтому многие задавались вполне резонным вопросом: а так ли уж он нужен, этот второй этап? Такого рода настроения ощущались в тот критический момент даже очень отчетливо. Страна, нащупав Путь на ближайшие годы, работала с полным напряжением, не меньшим, чем во время войны, только переносилось это, странным образом, совсем по-другому, без надрыва. То ли рабочих рук стало больше, то ли кормежка все-таки лучше, то ли сказывалась наглядная связь хорошей работы с небольшим, но все же заметным повышением достатка.
Тем не менее при такой напряженности планов свертывание лишней оборонной программы, до сих пор не давшей результатов, непонятно, на что нужной и очень затратной, казалось очень соблазнительным. Так что после почти шестилетнего марафона группа «универсальных боевых блоков» вдруг почувствовала приближение безнадежной мели. Такой, с которой, пожалуй, не сойти и до самой пенсии. А, помимо шкурных соображений, существовали и вполне даже достойные: как раз к этому моменту группа, после многолетнего топтания на месте, решила большинство технических задач, многие из которых поначалу казались попросту неразрешимыми. И они слишком хорошо знали свое политическое руководство: если проблема не решена в целом, частности его не интересуют. То есть политическое руководство везде примерно одинаково, вот только там, где властвует Капитал с его звериными законами, клочки провалившегося крупного проекта моментально растаскивают и пускают в Дело множество мелких и среднего калибра хищников. Иной раз, заплатив неудачникам совсем неплохие деньги. В стране Советов за эти годы тоже произошли некоторые изменения, причем довольно глубокие, но они не слишком бросались в глаза, так что члены группы ориентировались на прежний опыт. У значительной доли их, добавим, достаточно безнадежный, страшный, кромешный* опыт. Поэтому речь шла о крахе творческой биографии, жизненной неудаче многих и многих талантливых инженеров, дискредитации целых научных направлений и выброшенных буквально на ветер миллиардах народных рублей.
*Считается, что термин происходит от слова «кроме», за кромкой. Опричников от слова «опричь» иногда именовали также и «кромешниками». Кое-когда кромешниками именовали духов ада, бесов. «Кроме» в тех, стародавних смыслах, обозначает еще и вне обычного, повседневного опыта, опыт, которого лучше бы не испытывать и знание, которого век бы не знать, находящееся за пределом человеческого, нормального, разумного, доброго. Как кромешная тьма есть тьма не отсюда, не от мира сего. Интересные слова знали наши предки.
Когда они опомнились от неистовой работы, то как-то одновременно осознали, что получилось вовсе не то, чего ожидали, начиная ее. Практически все оказалось не так, непохоже, неожиданно. И впечатляющие размеры прототипа ГЗББ, достигающие почти шестнадцати метров в длину, и то, что топливо для маршевого двигателя придется вставлять отдельным блоком, непосредственно перед самым полетом. Да мало ли что. И буквально все рассказывали потом, что у них щемило сердце при виде того, как втискивается на свое неудобное пилотское место неуклюжий в своем специальном скафандре Амет-хан. Вот он, — ни секунды не сомневался в благополучном исходе нынешнего сумасшедшего мероприятия. Чуть ли ни единственный на всей базе. И как это они не поймут, что тут нет ничего страшного? Да он в любой момент прекратит испытание, если почувствует реальную опасность. И заранее обдумал свои действия на случай любой нештатной ситуации на любом этапе. Именно потому что не самоубийца, у него жена и дочка, между прочим!
Для того, чтобы оторвать от земли непомерный груз, «тэшке» понадобились специальные твердотопливные ускорители, и все-таки она оторвалась от земли с видимым трудом. Потом постепенно набрала ход, и дело пошло полегче. Стиснутый своим узким, как крысиная нора, ложем пилот опытом тысяч часов проведенных в кабине пилота почувствовал, когда машина-матка добралась до верхней точки траектории, перевалила ее и устремилась вниз, набирая скорость в пологом пикировании.
— Приготовиться к сбросу, — проскрежетало в наушниках, как обычно, — прием…
Он, как обычно, ответил.
— Есть приготовиться к сбросу.
