«…и что совершенное искупление есть самое познание неизреченного величия. Ибо недостаток и страсть произошли от неведения, а знанием разрушается все, что составилось от неведения, почему знание и есть искупление внутреннего человека. И оно не телесное, ибо тело тленно, и не душевное, ибо и душа — от недостатка и есть как бы жилище духа; посему и искупление должно быть духовным. Знанием же искупляется внутренний, духовный человек, и они довольствуются познанием всего. И вот какое искупление есть истинное»
Таким образом, невежество, создающее ложную систему, искореняется посредством духовного гнозиса. Нет никакой необходимости в чувстве вины, в покаянии в так называемых грехах; и также нет никакой нужды в слепой вере в спасение через смерть Иисуса. У нас нет потребности в спасении; но мы нуждаемся в трансформации посредством гнозиса. Головокружительность заблуждения и пагубность экзистенциального состояния человечества может быть преобразована в великолепный образ полноты бытия. Духовное самопознание, таким образом, является обратным эквивалентом невежества неискупленного эго. Возвышенные мифические структуры космогонии и искупления, сообщенные нам Валентином, являются лишь поэтико-прозаическими выражениями этого грандиозного положения, которое относится к экзистенциальным условиям человеческой души во все века и во всех культурах.
Вышесказанное не означает, что Валентин отрицал или даже приуменьшал значение Иисуса в своем учении. Его возвышенная преданность и почтение по отношению к Иисусу раскрывается со всей поэтической красотой в Евангелии Истины, авторство которого, в своем первоначальном виде, принадлежит самому Валентину. По словам Валентина, Иисус действительно является Спасителем, но в смысле значения оригинального греческого слова «soter», используемым и ортодоксальными и гностическими христианами. «Soter» означает «целитель», или «податель здоровья». Из этого вытекает «soteria», переводимая ныне как «спасение», хотя первоначально означающая «здоровое состояние, избавление от дефекта, становление целым, сохранение чьей-либо целостности». Какова же роль soter’a, этого духовного создателя полноты, если у него нет необходимости спасать человечество от всякого первородного или личного греха? Мнение Валентина заключается в том, что и мир, и человек — оба больны. И эта болезнь обоих имеет один общий корень: невежество. То есть мы игнорируем достоверные жизненные ценности и подменяем их недостоверными. Мы верим, что нуждаемся в физических вещах (таких как деньги, символы власти и престижа, физические удовольствия), чтобы быть целостными и счастливыми. Кроме того, мы впадаем в любовь к идеям и абстракциям наших умов (наша жесткость всегда есть следствие чрезмерной привязанности к абстрактным концепциям и правилам). Болезнь материализма называется среди гностиков «гилетизм» (поклонение материи, тогда как болезнь абстрактного интеллектуализма и морализаторства носит название «психизм» (поклонение разуму и эмоциональной душе). Истинная роль посредников целостности, среди которых Иисус занимает почетное место, состоит в устранении болезни посредством привнесения знания pneuma или духа в душу и разум. Навязчивая привязанность к материальным и умственным вещам есть, таким образом, замещение духовной свободы; недостоверные ценности уступают место подлинным, которые связаны с духом. Такова целительная работа Иисуса, говорит Валентин.
Методы Валентина, выступающие как содействие истинному духовному гнозису, не ограничиваются философскими доктринами и поэтическими мифологемами. Система Валентина была, прежде всего, системой таинств. Как говорилось в седьмой главе, Евангелие от Филиппа включает пять из семи исторических таинств (или, скорее, их первоначальных гностических форм) — Крещение, Помазание, Евхаристия, Искупление и Брачный Чертог — и также упоминаются два оставшихся. Валентинианский Гнозис сообщает о двух великих и непостижимых таинствах — Искуплении (Apolytrosis) и Брачном Чертоге. Хотя многие формулы для них были утеряны, их основные смыслы все еще могут быть обнаружены посредством изучения сообщений отцов церкви и упоминаний в гностических писаниях. Следующая формула сопровождает Валентинианское Искупление:
