Издавна известно о сходстве Гностицизма с некоторыми великими религиями Востока. Слово gnosis близко к санскритскому jnana, что означает «знание» — в первую очередь, духовное знание. Одна из великих классических школ Йоги фактически называется jnana yoga, что значит «путь к единению через знание». Посвящение в непосредственное знание духовных реальностей является стандартной практикой высших форм Йоги и, таким образом, хорошо известно в Индии. На самом деле, в этом отношении Гностицизм сильнее всего напоминает древнюю религию Индии, называемую западными людьми индуизмом. Индуизм не столько религия, в том смысле, как это понимают на Западе, как семейство религий. Существует большое многообразие в этом семействе, и такое, что некоторые элементы с трудом напоминают другие. Таким образом, философский адвайтин, кажется, имеет мало чего общего с религиозным вайшнавом или магическим тантриком. И все же они разделяют общую традицию. Аналогично существует разнообразие гностических традиций. Есть несколько особенностей, объединяющих гностицизм и индуизм. Одно из них — это учение о присутствии Божественного в человеческом духе. Атман идентичен Брахману, и это означает, что универсальная Божественность представлена в миниатюре внутри каждой личности. Аналогично, в гностицизме pneuma является искрой, возникшей из божественного пламени, и посредством познания pneuma, гностик автоматически познает духовный источник, из которого он произошел. И индуист и гностик будут солидарны в том, что познание собственных глубин равносильно познанию Бога. Во-вторых, и гностицизм, и индуизм признают существование множества духовных существ в реальностях между конечным и материальным измерениями. Индуизм является первостепенной политеистической религией в нынешнем мире, тогда как гностицизм функционирует внутри монотеистической матрицы. Но гностицизм вряд ли можно назвать монотеистической религией безупречности и простоты. Кроме того, некоторые из Ведических существ Индуизма, такие как Индра и Праджапати, обладают качествами, сходными с гностическим Демиургом. В-третьих, индуистские учения много говорят о том, что являет собой двойственность (двайта) и недвойственность (адвайта). Хотя гностицизм часто называют дуалистическим, его видение этих двух категорий, на самом деле, сопоставимо с индуистским. Таким образом, в реальности того, что в Индуизме называется майя (иллюзорная манифестация), преобладает двойственность, и происходит борьба света и тьмы, тогда как на плане конечной реальности существует полнота бытия, которая сопоставима с гностической Плеромой. Гностицизм также имеет сходства с буддизмом, другой великой религией Востока. Прежде всего, высшая цель буддизма идентична с конечной задачей гностицизма — это освобождение, означающее свободу от телесного существования и, в силу этого, от всех будущих страданий (идеал бодхисатвы и другие многообразные учения являются только разработками этого простого учения). Следующий перечень точек соприкосновения между гностицизмом и буддизмом (особенно буддизмом Махаяны) основан на утверждениях покойного известного Буддийского ученого, Эдварда Конзе:
— Спасение достигает через гнозис (jnana). Озарение в зависимом порождении проявленного существования есть то, что освобождает.
— Неведение есть истинный корень зла. В Гностицизме это называется agnosis, а в Буддизме avidya.
— И Гностическое и Буддийское знание приходит не обычными способами, но как результат внутреннего откровения.
— Существуют различные уровни духовного достижения, начиная с состояния глупого материалиста (гилика) и заканчивая озаренным святым (пневматик).
— И в Гностицизме и в Буддизме, женский принцип мудрости (София и Праджня соответственно) играет важную роль.
Конзе цитирует Хеваджра-Тантру:
— И гностицизм, и буддизм отдают предпочтение мифам, а не данным. Христос, как и Будда, предстают как архетипические существа, а не просто исторические фигуры.
— Тенденция к антиноминализму (игнорированию правил и заповедей) присуща обеим системам. Хотя на низших ступенях духовной лестницы правила поведения считаются важными и даже решающими, в высших духовных состояниях важность этих правил становится относительной.
— Обе системы презрительно относятся к легкой популярности и ориентируют свои учения на духовную элиту. Скрытые значения и тайные учения распространены в обеих традициях.
— И гностицизм, и буддизм метафизически монистичны, что означает их стремление к преодолению многообразия проявленных вещей и достижению условий окончательного единения. Все эти сходства могут быть особенно интересны в связи с нынешней популярностью Тибетской (Варджаяна) формы Буддизма Махаяны на Западе.
