Цзи Кан-цзы хотел ввести взимание военного налога с пахотного поля[839] и послал Жань Ю[840] спросить об этом у Чжун-ни. Чжун-ни ничего не ответил, но в частной беседе с Жань Ю сказал: “Подойди, Цю, разве ты не слышал, что прежние ваны при установлении земельной системы облагали землю налогом в зависимости от трудоспособности[841] и выравнивали размеры налога с дальних и ближних земель[842]? Военный налог с торговых местечек взимался в зависимости от дохода с учетом размера имущества. Трудовые повинности нес глава семьи с учетом стариков и малолетних. С вдовцов, вдов, сирот и больных военный налог взимался, когда войска выступали в поход, а если похода не было, они освобождались от налога. В годы походов налог с пахотных полей взимался с каждого
Вернувшись из владения Цзюй в Ци[846], Хуань-гун хотел назначить Бао Шу[847] на должность управителя. Бао Шу отказался принять назначение, сказав: “Я ваш рядовой слуга. Благодаря вашим милостям я не страдаю от холода и голода, и это уже для меня награда. А вы хотите еще, чтобы я непременно управлял владением, но это не то, с чем я могу справиться. Если вы обязательно хотите назначить кого-нибудь управлять владением, то для этого подходит только Гуань И-у[848]. Я не могу сравниться с Гуань И-у в пяти отношениях. Не могу сравниться в великодушии и милости, благодаря которым успокаивается народ. Не могу сравниться в искусстве управлять владением, не упуская главного. Не могу сравниться в способности вызывать преданность и доверие, которые приводят к единению с народом. Не могу сравниться в умении выработать правила поведения, которые служили бы образцом для четырех сторон света. Не могу сравниться в искусстве держать барабанные палочки у ворот военного лагеря, что придает храбрость народу”.
Хуань-гун возразил: “Ведь Гуань И-у стрелял в меня из лука и попал в пряжку на поясе, так что я был близок к смерти”. Бао Шу ответил: “Он действовал так ради своего правителя[849]. Если вы простите его и вернете во владение, он будет действовать таким же образом ради вас”.
Хуань-гун спросил: “Как же [его можно вернуть]?”. Бао-цзы ответил: “Попросите его у Лу”. Хуань-гун сказал: “Ши Бо[850] служит правителю Лу и разрабатывает для него планы. Если он узнает, что я хочу использовать Гуань И-у на службе, он, конечно, не выдаст его мне. Как быть?” Бао-цзы ответил: “Отправьте в Лу посла с просьбой о выдаче Гуань И-у, и пусть он скажет так: “У моего недостойного правителя есть слуга, не подчиняющийся приказам, который находится в вашем владении. Он хочет убить его перед всеми чиновниками[851], поэтому просит выдать его”. В этом случае владение Лу выдаст [Гуань И-у]”.
Хуань-гун отправил в Лу посла просить о выдаче Гуань И-у, и тот сказал все, как предлагал Бао Шу.
Чжуан-гун обратился за советом к Ши Бо. Ши Бо ответил: “Они не хотят убивать Гуань И-у, а хотят использовать его в делах управления владением. Ведь талантами Гуань-цзы превосходит всех в Поднебесной, и то владение, в котором он будет находиться, несомненно добьется своих целей в Поднебесной. Если отдать его Ци, это владение, несомненно, будет постоянно причинять заботы Лу”. Чжуан-гун спросил: “Что же делать?” Ши Бо ответил: “Убейте Гуань И-у и отдайте его труп”.
Чжуан-гун хотел убить Гуань Чжуна, но циский посол стал просить за него, говоря: “Мой недостойный правитель хочет лично убить Гуань Чжуна. Если он не получит его живым, чтобы убить перед всеми чиновниками, это будет равносильно отказу в его просьбе. Прошу сохранить Гуань Чжуну жизнь”. Чжуан-гун приказал связать [Гуань Чжуна] и выдать цискому послу. Получив Гуань Чжуна, циский посол выехал обратно.
Прибыв во владение Ци, он трижды обкурил благовониями и трижды омыл Гуань Чжуна. Хуань-гун лично встретил Гуань Чжуна в окрестностях столицы, сел рядом с ним и спросил:
