Так что Гобболино отважно затрусил вперед, он не оглядывался и так старался не расплакаться, что едва понимал, куда идет, а когда опомнился, то понял, что оказался в городе. Город был, наверное, очень большой, потому что суета и толчея на улицах сильно мешали идти даже такому ловкому и проворному котенку, как Гобболино.
Он то путался в чьих-то ногах, то выскакивал из-под самых колес, но после особенно сильного пинка по ребрам наконец решил, что ему будет куда безопаснее путешествовать поверху.
Один прыжок — и он взлетел на гребень высокой стены, еще один — и вот он среди дымовых труб. Тут он вздохнул с облегчением и продолжил свой путь уже по крышам.
Добравшись до окраины города, он решил влезть в широкую трубу, которую принял за водосточную, и съехать вниз.
Так я снова окажусь на земле, сказал себе Гобболино. Я уйду подальше от города, пойду по сельским дорогам и, надеюсь, смогу найти место, где меня встретят приветливее, чем здесь.
Но Гобболино ошибся, он прыгнул не в водосточную трубу.
На самом деле он провалился в дымовую трубу королевского дворца.
Вниз, вниз, вниз по узкой и темной трубе летел Гобболино, он падал, как войлочный мяч, и становился все чернее, потому что собирал на себя все больше и больше сажи.
Бух! — это Гобболино наконец-то плюхнулся на что-то твердое и выпрыгнул наружу как раз в ту секунду, когда тоненький голос, звенящий, как серебряный колокольчик, проговорил:
— Ой-ой-ой! Что это так грохочет в дымоходе?
Гобболино раскрыл свои прекрасные голубые глаза и огляделся. Такой чудесной комнаты ему еще не доводилось видеть — казалось, даже ее стены сделаны из тончайших кружев и розовых лент.
А посреди комнаты стояла белоснежная кровать, и, приподнявшись в ней, на Гобболино смотрела маленькая девочка. Ее золотистые кудри охватывала крошечная корона, на розовом стеганом одеяле было разложено множество игрушек и кукол, на шелковых подушках лежали книги и настольные игры, огромные букеты окружали кровать. Но худенькое бледное личико девочки осталось печальным даже тогда, когда при виде Гобболино она от изумления широко раскрыла глаза.
Котенок сразу догадался, что перед ним принцесса.
— А-а… — сказала маленькая принцесса. — Да ты же котенок, а таких прекрасных голубых глаз я еще никогда не видела! Котик мой милый! Котик красивый! Подойди поближе, я хочу поговорить с тобой и погладить твою мягкую шерстку. Иди сюда и скажи, как тебя зовут и как ты оказался в моей каминной трубе.
У девочки был такой добрый и приятный голос, что Гобболино сразу же вскочил к ней на постель, совершенно забыв, что лапы у него в саже и оставляют повсюду черные следы.
— Зовут меня Гобболино, Ваше Высочество! — воскликнул он. — Я пришел в город, и за мной погнались мальчишки.
А затем, потому что руки у девочки были такими ласковыми, голосок — таким нежным, а его собственное сердце — таким одиноким и неприкаянным, котенок стал рассказывать принцессе всю свою историю с самого начала. Девочка ласково поглаживала его, она сочувственно вздыхала или спрашивала, что было дальше, каждый раз, когда котенок делал паузу, а когда он кончил говорить, сказала:
— Бедный ты мой Гобболино! Откуда в людях столько глупости и жестокости? Я этого понять не могу. Но больше тебе не придется ни печалиться, ни страдать от одиночества, потому что я хочу поселить тебя здесь, ты останешься у меня навсегда и тебя будут называть «Гобболино — королевский кот».
В эту минуту открылась дверь и в комнату вошла няня принцессы.
При виде Гобболино она от ужаса всплеснула руками.
— Ваше Королевское Высочество! Как этот грязный котенок попал к вам в кровать? — воскликнула она. — Я точно помню, что заперла все двери! Я точно помню, что закрыла на защелку все окна! Не мог же он вывалится из каминной трубы!
— Он и в самом деле вывалился из каминной трубы, — ответила маленькая принцесса. — Зовут его Гобболино, он будет моим котом и останется у меня навсегда.
— Посмотрим, что на это скажет ваш доктор, — язвительно возразила няня и сдернула с кровати розовое шелковое покрывало, сплошь покрытое черными отпечатками кошачьих лап. — А вот он как раз и идет. Я слышу его шаги на лестнице.
Королеский врач был очень круглый и очень розовый. Он вошел в комнату, сияя улыбкой, как майское солнце, и принцесса в одну секунду уговорила его, чтобы он разрешил Гобболино остаться при ней навсегда.
— Как только он появился, мне сразу стало намного лучше, — сказала врачу принцесса. — Но если вы его прогоните, то я уверена, что мне сразу станет намного хуже.
— А как же все эти игрушки, куклы и книжки с картинками, которые я прописал вам вместо лекарств? — спросил доктор. — Разве от них вам не стало лучше?
— Они же не живые, — сказала принцесса. — С ними мне было так же одиноко, как и без них.
Итак, Гобболино остался у принцессы, он дневал и ночевал у нее в комнате, и кто из двоих был от этого счастливее, сказать трудно.
