Однако Богиня могла лишь предполагать, что именно произойдет после этого, ибо волшебный рог на самом деле принадлежал вовсе не ей и она не имела права дарить его кому-то. А юноши, подув в рог, должны были, по ее расчетам, узнать, кто его настоящий хозяин, а затем вскочить на своих коней и поскорее мчаться прочь от этого места. Так было задумано Богиней, однако даже Богиня не всегда может воплотить в жизнь свои планы, если они противоречат рисунку великого Гобелена. Кинуин не учла Левона дан Ивора.
Стоило Дэйву подуть в рог, и звуки, полившиеся оттуда, показались им, всем троим одновременно, самим Светом! Ясные и чистые, звуки эти способны были полностью завладеть душой человека, унести его с собой в неведомые дали, и Дэйв понял, почувствовал всем сердцем, изумленно глядя на это удивительное сокровище, что ни один приспешник темных сил никогда не слышал и не услышит звуков волшебного рога, ибо такова его первая и основная особенность.
– Пошли, – сказал Торк, когда вдали замерло золотистое эхо. – Мы все еще во власти леса. Нужно уходить отсюда. – Дэйв послушно двинулся к лошадям, все еще глубоко потрясенный теми звуками, что вырвались из рога.
– Погодите! – сказал Левон.
Во Фьонаваре было человек пять, которые могли бы знать о второй особенности чудесного рога, оставленного Кинуин, но более никто. Одним из этих пяти был Герейнт, шаман третьего племени дальри. Он вообще обладал множеством знаний о свойствах различных утерянных или забытых магических предметов. И он был учителем Левона дан Ивора.
Но Кинуин, оставляя рог рядом с молодыми людьми, этого не знала да и не могла знать – даже Богиням не дано знать все на свете. Она всего лишь хотела преподнести этим людям небольшой подарок. Однако невольно преподнесла им великий дар. Какое-то время Великий Ткач еще колебался, не снимая рук со своего Станка, а потом Левон сказал:
– Здесь должно быть раздвоенное дерево.
И с этими его словами в Гобелен Жизни вновь была вплетена некая нить, давным-давно порванная и утраченная.
Дерево нашел Торк. Это был огромный ясень, ствол которого расщепила молния. Трудно было даже представить себе, как давно это произошло. С тех пор на дереве образовалась развилка – примерно на высоте человеческого роста.
Левон и Дэйв молча подошли к Торку, который стоял перед раздвоенным деревом. От напряжения он весь застыл, и щека у него нервно подергивалась.
– А теперь ищите камень, – велел им Левон.
И все трое стали смотреть сквозь развилку в стволе, но Дэйв оказался удачливее других.
– Вон там, на опушке, – сказал он.
И вдруг заметил в глазах Левона изумление, смешанное с ужасом. Глядя на этот огромный камень, наполовину утопленный в землю, Левон прошептал еле слышно:
– А вы знаете, что мы нашли? Вход в Пещеру Спящих!
– Не понимаю, о чем ты? – спросил Торк.
– Дикая Охота! – напомнил ему Левон. От этих слов у Дэйва волосы на затылке зашевелились. – Здесь, под этим камнем, крепко спит самая дикая магия, какая только существовала на свете. – Голос Левона, обычно такой спокойный, звенел от напряжения, а потом и вовсе сорвался, и он продолжал совсем тихо: – Это ведь в Рог Овейна ты только что подул, Дэйвор. И если бы мы сумели отыскать то пламя, охотники снова скакали бы верхом на своих конях, клянусь всеми Богами!
– Расскажи мне об этом! – умоляющим шепотом попросил его Дэйв.
Левон помолчал несколько минут, а потом вдруг запел, по-прежнему не сводя с камня глаз, и его друзья тоже продолжали смотреть туда сквозь развилку в стволе ясеня.
– Дикая Охота, – снова промолвил Левон после долгого молчания, когда стихло даже эхо его песни. – У меня не хватает слов, чтобы поведать вам, как все это далеко от нас и насколько нам троим все это недоступно! – И больше он ничего говорить не пожелал.
И они поспешили прочь от этого страшного места, от этого огромного, утопленного в земле камня, от этого разорванного молнией дерева, и Рог Овейна качался у Дэйва на поясе. Потом они, следуя молчаливому уговору, быстро пересекли ту дорогу и продолжили свой путь, стараясь оставаться незамеченными, пока не доберутся до Парас Дервала и не встретятся с магом Лореном и Верховным королем Бреннина.
Все утро ехали они среди холмов, на склонах которых раскинулись возделанные поля, и время от времени с небес сыпался мелкий дождик, совершенно необходимый этой измученной засухой земле.
