Вот мои лоботрясы, которые лежали в траве рядышком, прекрасно всё чуяли и чтобы не учудили чего непотребного, пришлось спешно отвесить им парочку оплеух, вбивая мордами в дёрн и наводя дисциплину. Благо, я уже маленько «подкачался» и мог позволять себе рукоприкладства в воспитательных целях. В ответ даже не огрызался никто, смиренно снося больше обидные, чем травмирующие побои.
Шайка была отогнана метров на двести по обратному маршруту с приказом ловить полевых мышей на еду. Хрен они там что поймают, это ясно, но главное, что заняты и не мешают — мне нужно немного спокойствия, чтобы внимательно оглядеть потенциальный источник благодати.
Почти полусотенное племя коротышек приютилось в корнях громадного дерева. Нет, даже Громадного! На фоне окружающих исполинов оно всё равно выглядело грандиозно и угнетающе, больше напоминая каменистую скалу-палец, нежели нечто живое. Крона древесного чудища раскинулась метров на полтораста и под ней почти ничего не росло, кроме пучков чахлой, самой живучей травы. Узловатые корни толщиной в несколько метров будто на десятках корявых, покосившихся свай держали невероятных обхватов ствол дерева. Неровными буграми они расходились во все стороны на добрую сотню шагов — а на сколько ещё под землёй?! — и вздымались над поверхностью узловатыми переплетениями, промеж которых прятались счастливые гобсы, что сумели урвать кусок пожирнее и убежать с ним. Само же логово зеленомордых братишек, раздобывших покушать, ютилось прямо под стволом великана. Возможно, когда-то давно вырытое неким громадным зверем, или просто как результат естественного эрозийного процесса в почве, оно уходило глубоко под землю. Гобсы натащили к нему сухостоя и понемногу возводили «укрепления», как их видел гоблинский разум. Спорадически, тут и там, без очевидной системы, заплетали одиночные укрывища под корнями и, вроде бы, пытались возвести стену-заборчик, чтоб перекрыть слишком просторный вход в логово. Они даже пробовали сооружать подобие «лесов» вокруг ствола, используя кривые ветки и кору, но назначение этих конструкций для меня так и осталось под завесой тайны: «зачем?» и «нахрена?» — извечные вопросы к гоблинам, на которые редко приходят ответы.
Важнее зодческих навыков вероятного противника был его состав — я не видел ни шамана, ни хобгоблинов. И это уже любопытно. Да и вождь, который наверняка где-то «рука-водил» в общей куче, ни статью, ни могучей комплекцией не выделялся на фоне других, как ни странно. Я, по крайней мере, не сумел его заметить. Как не узнал и наличия у гоблинов пленниц — в логове темень темнючая и ничего не видать, а расстояние и визги трапезничающих гобсов не дают даже услышать хоть что-нибудь.
«Руководство просто померло?» — думал я, поскрёбывая подбородок и осматривая шайку зеленомордых в надежде уловить то, что ускользнуло при первом взгляде. — «Тогда почему они не разбежались? Значит «главнюк» всё же есть, но невзрачный? То есть, берёт умишком, а не силой? Или просто надумываю на ровном месте и он сейчас в логове, пленниц окучивает? Плохо дело, придется вырезать всё племя до единого, не давая никому и шанса сбежать.»
Стоило неслышно убраться от логова, чтобы не рисковать понапрасну, и хорошо поразмыслить, что делать с этой возможностью и стоит ли вообще что-нибудь делать. Хотя… Конечно стоит. Столько почти халявных очков на дороге не валяется и лучше их получу я, чем они станут достоянием какого-то хобгоблина.
Через пару часов наблюдения хоть какого-то командира не было обнаружено ни визуально, ни логически. Гоблины продолжали вести псевдо-хаотичные занятия, надежно ломая об свои хрупкие колени логику разумных созданий, а потому я увел так ничего и не поймавших бездарей обратно в пещеру. Ночью же, когда зажглись первые звезды, я повел всё племя до единого на «пастук зиленых». Большего счесться, чем разбой и грабеж им могли бы доставить только самки, но до них еще надо было дожить, но тупни не отчаивались. Оставив их за несколько сотен метров от дерева-гиганта, с наказом не шуметь, я снова скрылся в кустах, начав продвигаться в сторону противника. Тьма под кроной была такой, что любому авантюристу пришлось бы зажигать факел, банально для того, чтобы не переломать себе ноги, тем самым надежно выдавая свою позицию часовым, но гоблину на подобную неурядицу было плевать. Кроме того, своим «абстрактно-защитным» творчеством, они обеспечили меня достаточным количеством укрытий, чтобы дойти до часовых без лишних проблем.
Бросок Скрытности 16-2(модификатор)+2(хамелеон)+2(скрытность) = 18.
Бросок Восприятия Часовой гоблин: 19-3(модификатор)-2(хочет спать)-1(хамелеон)-1(скрытность) = 12 — неудача.