Однако однорукий отвел их на небольшую площадку, усыпанную черным песком, больше трех-четырех взрослых гоблинов на ней бы и не поместилось.
— Сегодня у вас будет не совсем обычная тренировка. Вы будете учиться так называемым «грязным» приемам.
Глаза Маэля загорелись от предвкушения:
— Будем учиться бить по яйцам?
— И это тоже.
А потом добавил:
— Хотя это ты и так умеешь.
Начали они с банальных подножек, которым почему-то до этого однорукий никого не учил. Заставлял применять приемы он друг на друге. Сначала показал как ставить подножку, чтобы противник гарантированно рухнул: как, в какой момент, и с какой силой.
Но на этом ничего не закончилось. Он заставлял их наносить те самые удары в пах. Мальчишки имитировали кулачный бой, во время которого должны были неожиданно наносить друг другу удары. То один наносил, а второй защищался — то наоборот. И надо сказать в этом приеме Маэль был…удачливее.
Зур’дах возненавидел эту тренировку.
Но дальше пошли плевки и швыряние песка в лицо.
— Зачем это? — спросил гоблиненок, — Разве это поможет против Тварей?
— Я же говорил, Зур’дах, сражаться придется не только с тварями, и да, сыпануть удачно песком в глаза твари — тоже может помочь. Так что просто делай и не задавай глупых вопросов. Ты даже не представляешь как сильно мешает, когда тебе плюнули в один глаз, а во второй сыпанули песка и те не можешь нормально видеть. Это не говоря уже о том, что это дико неприятно.
То, что это неприятно, Зур’дах убедился на собственной шкуре очень скоро, когда пропустил плевок от Маэля в глаз.
— Вот срань! — ругнулся он, пытаясь протереть глаз, и…сразу получил удар в пах.
— Подлый урод, — схватившись за пах прошипел Зур’дах.
— Метко плюнуть тоже нужно уметь, — пояснил однорукий, будто испытывавший удовольствие, видя валяющегося на полу гоблиненка.
Кроме того факта, что глаз на мгновение утратил четкость зрения, сам Зур’дах вдобавок еще и вскипел от злости, на что ему однорукий тут же указал.
— Злиться во время боя — непозволительно, эмоции мешают. А в плевках оба потренируетесь еще потом сами. Попробуй во время горячки боя еще и поцелить плевком в глаз, — это нихрена не просто.
— Извини-извини, — забормотал Маэль, помогая гоблиненку подняться, — Я ж не специально плюнул прямо в глаз! Ну то есть специально конечно же, но так уж надо, сам понимаешь. Тренер сказал — я делаю.
Зур’дах едва удержался, чтобы не плюнуть ему в ответ тут же, потому что довольная ухмылка Маэля говорила о том, что тот только рад сложившейся ситуации.
Почему-то у Зур’даха на Маэля не получалось обижаться. Он и хотел вроде, но внутри что-то протестовало. В нем не чувствовалось зла. Только бесконечная весёлая дурость, на которую злится просто бесполезно.
После плевков пошел песок. И это оказалось уже сложнее. Потому что приемов с песком было несколько. Самым сложным, пожалуй, было во время ударов взметнуть песок ногой так, чтобы тот ослепил противника. Отдельно Тарлах продемонстрировал как в самом начале боя незаметно спрятать горсть песка в кулаке, или наоборот, во время мнимого падения схватить его. И всё это оба мальчишки повторяли десятки, если не сотни раз. Однорукому было всё равно, что другие дети отдыхают.
— Отоспитесь и отожритесь смеси, — говорил он, — Не помрете от одной тренировки. Продолжаем!
Оказалось, сыпануть песком во время боя прямо в глаза не так просто, велик шанс промахнуться, особенно против резвого противника, которым был Маэль. Впрочем, и Зур’дах не позволял в себя так просто попасть.
Однорукий заставил их «выучить» перекат с одновременным хватанием песка.
— Незаметно, Зур’дах! Ты должен делать это незаметно! Перекатился — и одновременно под собой схватил песок. Еще раз!
Весь рот гоблиненка уже был в песке, как и глаза, и всё вспотевшее тело, на которое налипли противные песчинки.
— Песок эффективен против любого существа, особенно твари, — они даже протереть глаза не могут, так что вдалбливайте в ваши тела. Это должно происходить на инстинктивном уровне. Увидели возможность — сразу воспользовались.
— Кроме того, если вы думаете что твари в Ямах тупые — вы ошибаетесь. Один и тот же прием с ними не прокатит. А если тварь старая и прошедшая уже не один бой, то скорее всего ей знакомы подобные подлости.
Однорукий решил, что этих приемов для первой тренировки достаточно:
— Хватит, а то еще запутаетесь, мозги у вас как у слизней. Отдыхайте и ждите меня, я скоро вернусь.
Тарлах исчез за ближайшими зданиями, а Зур’дах и Маэль, громко дыша, повалились прямо на мягкий песок.
— Он нас чуть не замучил… — сказал Маэль.
— До смерти. — добавил Зур’дах.
От сумасшедшей усталости хотелось просто уткнутся в песок и уснуть. Они оба не могли пошевелить ни рукой ни ногой.
Наверное целую минуту они молчали, дожидаясь пока их дыхание придет в норму.
— Зур’дах, — вдруг спросил его Маэль, — А что это были за движения такие? Когда ты дрался со Старшим Наставником.
