Первым в этот день был щуплый шестнадцатилетний подросток, притворявшийся уже совершеннолетним и страстно желающий сражаться в первых рядах. Кошка сумела убедить его, что помощь парнишки просто необходима на производстве стрел, и тот, заполучив подписанную ей рекомендацию, вприпрыжку побежал устраиваться на работу. После него к трону подошел, грузно переваливаясь, низкорослый, плотно сбитый мужчина и склонил голову. Вульгус, стоящий позади трона, успел шепнуть девушке, что это главный пекарь города, Прос. Короткие замечания и подсказки знающего каждого человека в городе Вульгуса, сильно помогали Карисси в сегодняшней аудиенции.
– Приветствую, – обронила Правительница, кивнув Вульгусу.
– Возможно, вы знаете обо мне, Правительница, – начал воин. Он постоянно тер руки, и глаза его бегали из стороны в сторону. Карисси почувствовала, как напряженно следит за его движениями Вульгус. – Меня зовут Прос, и я местный пекарь. Много дней, да и ночей, что уж там, я пек хлеба для жителей города и для Вашего стола. Были дни, когда меня притесняли поставщики и обманывали клиенты, но всегда мудрый совет Правителя решал этот спор. Впервые я прихожу со своим вопросом к Вам, Карисси. Мой вопрос, он очень простой, но не думаю, что Вы успеете ответить на него… – толстяк замолчал и склонил голову. Его немного трясло. Девушке показалось, что он плачет. Она привстала, желая, подойти к нему, но через несколько секунд мужчина задрал голову и прокричал:
– Что будет, если Пророчество не свершится?
Лицо его почернело. На месте глаз оказались провалы глазниц. Руки неестественно удлинились и двумя черными змеями потянулись к девушке. Та вскрикнула, но Вульгус, оттолкнув её назад на трон, ударом меча отбросил лапы чудища. Раздался лай, и из-под трона выскочил Грей. Он опрокинул бывшего пекаря и прервал его жизнь одним укусом мощной челюсти. Чудище съежилось, дважды дернулось и замерло. Пес подошел к Правительнице и тяжело плюхнулся ей на ноги.
– Что … что это было? – тяжело дышала девушка. Она испуганно оглядела толпу, но заметила, что люди напуганы не меньше ее, и постаралась взять себя в руки. Вульгус переминался с ноги на ногу, будто не хотел что-то рассказывать.
– Вульгус, ты знаешь, что это? – медленно и нарочито четко произнесла Карисси.
– Совет не хотел Вам говорить, Правительница… – парень склонил голову, приготовившись принять последующие упреки Правительницы.
– ЧТО? – Карисси сверкнула глазами. – Что значит «не хотел говорить»? Я Правительница, и у Совета не может быть от меня тайн, – девушка была серьезно рассержена.
– Простите нас. Я понимаю, что Вы безмерно правы. И Вирал и все остальные тоже понимают. Но одного не понимает никто – откуда взялись эти чудища. Вы, разумеется, знаете, что на предыдущего Правителя и его отца напали странные птицеподобные существа. Тогда Тьма захватила птиц, позже она начала овладевать животными и вот теперь людьми.
Правительницу передернуло.
– Ты сказал Тьма.
– Да, я так сказал. Все, кто попадает под влияние этой странной силы, становятся темными, угрюмыми, желают убивать. Поэтому эту силу мы назвали Тьмой.
«Это те же самые твари, что напали на нас в лавке Благгорты. Сет сказал тогда, что в свитках они названы Порождениями, но больше о них ничего не известно».
– Раньше кто-нибудь из этих … Темных говорил что-нибудь о Пророчестве?
– Нет. Мы ничего об этом не слышали, – воин был растерян.
– Понятно, – девушка задумалась и закусила губу. Парень прищурился и заглянул ей в лицо.
– Но Вы что-то знаете?
– Многое, – махнула рукой кошка. – Ты знаешь, как доехать до поселения Рун?
– Да, знаю, – Вульгус нервно сглотнул. – Вы хотите…
– Я хочу, чтобы ты сопроводил меня туда. Прямо сейчас. Туда долго ехать? – она говорила отрывисто и резко, тоном, не допускавшим возражений.
– На хорошей лошади – часа три, – Вульгус проверил в ножнах меч и спустился вниз по ступеням.
– Пришло время навестить конюшни, – Карисси растормошила Грея, встала и вышла из зала. Вульгус последовал за ней. Впервые Правительница окончила аудиенцию раньше положенного срока, но народ не осудил её. Жуткое превращение некогда любимого всеми пекаря, непонятный разговор о Пророчестве и внезапное желание Карисси навестить её сожженную деревню испугало народ. Торрем вывел всех из зала и запер дворец.
Придя в конюшню, под которую было выделено огромное теплое помещение во внутреннем дворе дворца, Карисси с удивлением обнаружила в крайнем стойле Миясс, начавшую бить копытом при появлении девушки. Девушка подошла к ней.
– А эта здесь что делает? – Карисси гладила лошадь по большому лбу и заглядывала ей в глаза. – Откуда она?
– Эта лошадь пришла несколько дней назад к главным воротам города, – пояснил конюшенный. – Как Вы знаете, Жей, из Братства Стрельца, отлично разбирается в лошадях, и как он сказал, эта – лучшая из всех, кого он видел. Тогда мы и решили направить её в Вашу конюшню.
– Это Миясс. Моя лошадь со времен моей бытности легаткой Конора. Нашла меня, моя красавица, – Правительница поцеловала лошадь в твердую щеку. – Я поеду на ней.
