Как ни странно, но точностью стрельбы из АВК-40, нарком и егеря были вполне удовлетворены, у них были другие претензии к карабину. По мнению егерей, АВК-40, слишком чувствителен к загрязнению и густой смазке, примерно как СВТ-40. Большой разброс при автоматической стрельбе, стрелять нужно только коротенькими очередями. У Ворошилова претензия была другая, слишком трудоемкий при изготовлении, слишком дорогой. Были правда и похвалы, удобен в обращении, не требует дополнительной газорегулировки, за счёт использования патронов только с одной маркой пороха. Разборка и чистка карабина, ни малейшей сложности у Ивана не вызвали. В общем, окончательного мнения Иван не составил, хотя, если бы вопрос стоял, чем он в бою предпочтёт пользоваться, Иван, безусловно, отдал бы предпочтение АВК-40, а не ППШ, СВТ или карабину Мосина, скорей по эстетическим причинам и удобству обращения.
С другой стороны, мнения, насчёт принятого в июле на вооружение РККА, единого пулемёта с ленточным питанием ЕПД-40, расходились ещё больше, хотя потребность в едином пулемёте для армии, была очевидна всем. Это фактически был ДПМ, с несколько увеличенной толщиной стенок ствола, приёмником для металлической ленты боепитания, изменённой конструкцией газового регулятора, неотъемными сошками и рукояткой для переноски. Он мог крепиться на пулемётном станке и работать как станковый, а мог быть снят со станка и использоваться как ручной, вес в 13 кг и рукоять для переноса это легко позволяли. Ивану, он понравился, особенно при стрельбе со станка. Расстреляв две ленты, под руководством инструктора, Иван в полном восторге сказал Ворошилову.
— Вещь! Не "Печенег" конечно, даже не МГ-42, но лучшее, что он у нас сейчас видел.
Ворошилов задумчиво ответил, что многие его ругают, сравнивая со станковым "Максимом".
— Вот этим критикам, надо предоставлять возможность, совершить марш бросок с последующим учебным боем, сперва с "Максимом", а потом с ЕПД-40. И послушать их мнение заново — ответил Иван.
Наступило время обеда, у набегавшегося и настрелявшегося до одурения Ивана, проснулся зверский аппетит. В столовой Могилёвского БУЦа, никаких делений на столовые для командного и рядового состава не было и в помине, был общий зал, где все питались из одного котла. Правда столики, для старшего командного состава, были на четверых и накрыты скатертями. Вот за один такой столик и приземлились Иван с наркомом, за соседний, сели охранник Ивана и адъютант Ворошилова. Пока Иван с аппетитом метал в себя принесенное официантками, первое и второе, Ворошилов вяло ковырялся в еде, что надо сказать Ивана удивило, отсутствием аппетита нарком раньше не страдал.
— Клим, что-то случилось? Ты не ешь совсем, а мы такой кросс сегодня отмахали.
— А-а, не обращай внимания Ваня, это проблемы округа мне аппетит отшибают. Пока марш-бросок совершали, на стрельбище были, отвлёкся, сейчас опять мысли одолевают.
Слово за слово, Иван всё же разговорил наркома, о том, что его так напрягает. Оказалось, что из Москвы, из кресла наркома обороны, многое виделось совсем по-другому, чем с земли. Проверки, инспекции, учения, всё равно не раскрывали полной картины с реальным положением дел в округах. Став в июле ещё и командующим ЗапОВО, Ворошилов со всем этим столкнулся воочию, время от времени охреневая от вскрывающихся безобразий и головотяпства. Даже в сердцах сказал Ивану такое, от чего тот даже вилку выронил и рот открыл.
— По-хорошему, меня надо гнать из наркомов. Запустил я работу в войсках, больше на отчёты полагался, а тут настоящие авгиевы конюшни, кумовство и показушничество. Настоящей боевой учёбы в некоторых частях, как не велось, так и не ведется, зато доносы и анонимки писать горазды, да и по отчётности прямо идеальная часть. Пару дней назад, проверял такую стрелковую дивизию, хотя надо сказать дивизия легендарная, краснознамённая! Бойцы все в б/у, новой формы на дивскладе нет, зато комсостав себе дачи на озере Нарочь строит, пришлось военную прокуратуру подключить для выяснения. Красноармейцы стрелять, окапываться толком не умеют, тактических занятий, в этом году, с пополнением ни разу не проводилось. Зато маршировать и песни строевые петь горазды, прямо на загляденье. А ведь я этого генерал-майора помню с гражданской, он тогда пульротой командовал, герой был! Я сам его тогда орденом награждал, а сейчас снял с дивизии и дело в трибунал передал. Эх-х-х — Ворошилов расстроено махнул рукой, тяжело вздохнув. — Вот и приходиться с корнем, с зубовным скрежетом, всю эту показуху выдирать. А новые, западные районы Белоруссии? Я тебе Ваня так скажу, тот ещё подарочек, всякими недобтками кишат, как шелудивый пёс блохами. Можешь мне не верить, но часто, до настоящих боевых действий дело доходит. Тут же такие пущи, что армию спрятать можно, уж про Пинские болота не говорю. Вот как зима наступит, болота промёрзнут, будем совместно с орлами Лаврентия, капитально чистить округ от разной сволочи, что по лесам ныкается. Вот, такие дела тут в ЗапОВО творятся. И рот закрой, ворона влетит.
