Ужас, разверзшийся ад, армагеддон, так рассказывали выжившие и попавшие в плен солдаты и офицеры вермахта, о том первом и неожиданном, а потому наиболее сокрушительном ударе советской артиллерии. Много повидавшие за три года войны, сапёры и санитары, которых казалось уже ничем невозможно пронять или ужаснуть, заблевали все окрестности, растаскивая обломки техники и собирая останки своих сослуживцев. У меня, читавшего эти материалы, не появилось ни малейшей жалости к уничтоженным немцам. Во-первых, они сами выбрали свою участь, придя к нам с войной, позволив навязать себе нацистскую идеологию расового превосходства, позволив править собой Гитлеру и стоящим за ним Тиссанам и Крупам. Во-вторых, дай им волю и возможность, они станут творить ещё более страшные и бесчеловечные вещи с нашими людьми. Так что, туда им и дорога, прямиком в ад.
Немецкая артиллерия, или точней та немецкая артиллерия, что на тот момент ещё была боеспособна, старалась вовсю подавить артиллерию РККА. Так как пуск с тридцати станков-укупорок, произведённый с расстояния 3,5 километров от немецких наблюдателей, замаскировать никак нельзя, огромное облако дыма и земляной взвеси надёжно указывало место залпа. То и ответный удар немецкой артиллерии долго ждать не пришлось, десяток батарей надёжно перепахали всю балку вместе с пусковыми рамами. "Ну вот и славно, по пол БК они впустую потратили", довольно подумал пожилой полковник артиллерист, командовавший артиллерией 4-й армии ЗапОВО. "А рамы мы и так забирать не собирались". Станки-укупорки, действительно ни кто забирать не собирался. Как только был произведён пуск ракет с последнего станка, красноармейцы артиллеристы быстро погрузились в грузовики и дунули оттуда на полной скорости. Что немцы ответят через несколько минут, ни кто не сомневался. А их ждала следующая позиция, с уже расставленными пусковыми станками-укупорками, укрытыми маскировочными сетями и надёжно замаскированная от воздушных разведчиков.
Дивизионы и полки нашей ствольной артиллерии, тоже не собирались изображать из себя беззащитные неподвижные мишени. Расстреляв по заранее разведанным артиллерийским позициям, местам сосредоточения немецких войск, КП, НП и складам, в максимальном темпе выделенные на это боеприпасы. Снимались с места и без промедления, по заранее выверенным маршрутам передислоцировались на новые, уже подготовленные огневые позиции, где их ждали новые сотни снарядов. Пока немецкие звукометристы, из артиллерийской разведки, считали и определяли положение закрытых огневых позиций артиллерии РККА, пока передали в штабы арт. полков и дивизионов, пока там приняли решение о переносе огня, пока пришёл приказ на батареи о переносе огня по новым координатам и немцы открыли огонь, наших и след простыл. Правда, некоторые наши артиллерийские подразделения покидали позиции, когда на них уже начали рваться первые пристрелочные снаряды немцев. Но по сути, немцы били уже по пустым позициям, напрасно расходуя драгоценные боеприпасы. По чему драгоценные? Потому что спустя пятнадцать двадцать минут, его-то им и не хватило, что бы противостоять РККА в артиллерийской дуэли.
Может наши звукометристы из артиллерийской разведки, не так быстро считали, определяя расположение не вскрытых ранее, или вновь оживших немецких батарей. Всё же опыт реальной войны никакими учениями не заменишь. Но определили не менее точно. Развернувшиеся на новых огневых позициях, до этого момента тщательно замаскированных, "Советские Боги Войны" открыли ответный огонь. Добиванием немецкой артиллерии занята была только половина артполков. Вторая половина занялась не менее важным делом, меся и утюжа пришедшие в себя подразделения вермахта, вновь изготовившиеся к форсированию Буга. Нежаркая погода и не знойное утреннее майское солнышко, не располагали к приёму воздушных ванн и желанию позагорать, но бойцам артиллеристам было жарко, очень жарко. Блестя на солнце потными мускулистыми торсами, они как заведённые продолжали закидывать в казённики орудий снаряды, метательные заряды или унитарные патроны. Краска на стволах орудий давно пошла пузырями и обгорела, если бы сейчас было темно, то стволы бы светились тёмно-вишнёвым цветом. Стреляли почти на расплав ствола, так как все от рядового красноармейца до комполка понимали, завтра может быть поздно. И не потребуются сбережённый боекомплект или матчасть, если немецкие ударные броне-механизированные группировки сегодня форсируют Буг и прорвутся на оперативный простор.
