Год быка--MMIX полностью

Явные противоречия в показаниях Азимова о действиях главного героя и его мотивах привели нас к необходимости исследовать мотивы и желания самого автора, понять его собственное психоло­гическое состояние. И если мы воспользовались для этого методикой, извлеченной нами из скрытого сюжета булгаковского Романа, то есть смысл для сравнения посмотреть на психологическое состо­яние самого Булгакова в тот же период жизни – лет с 22 до 28.

Одно совпадение в биографиях Азимова и Булгакова можно заметить сразу же. Оба фантаста впервые женились в 22 года. И для одного, и для другого женитьба была формой сыновнего бунта, утверждения самостоятельности. Возраст от 22 до 28 лет – первый из трех самых плодотворных периодов в жизни творческой личности, утверждение мастерства в избранной профессии. Но одно­временно в этот период происходит всплеск амбиций, жажды успеха, которые первоначально сталкиваются с сопротивлением, но затем лет с 25-26 становятся доминантой в развитии личности, конфликтуя и с мастерством, и с профессионализмом, и с интуицией.

Имеется разница во внешних условиях. Во-первых, в Америке общество позитивно относится к персональным амбициям, чего не скажешь о России. Во-вторых, научная стезя, которую изначально выбрал Азимов, гораздо ближе к письменному столу, чем профессия медика. Наоборот, утверждение мастерства в медицинской профессии требует высокой самоотдачи, ухода от светской или даже семейной суеты в определенную профессиональную самоизоляцию. Что и происходило с двадцати­летним Булгаковым, который вскоре становится земским врачом в Смоленской губернии, что также никак не потворствовало высоким амбициям.

Азимову в этом смысле повезло больше. Он оказался во временной изоляции от светской жизни вместе с небольшим, но столь же амбициозным кружком футурологов и фантастов, среди кото­рых был еще и Роберт Хайнлайн. Поэтому самоутверждение мастерства стало написанием шедевра научной фантастики. Однако и в этом самом благоприятном случае возрастание амбиций и их доми­нирование над мастерством ведет к надлому и кризису личности. Азимов после краткой службы в армии возвращается в свет и озабочен амбициозными целями – защитой диссертации, получением степеней и должностей, изданием, а не написанием книг. Примерно в том же возрасте Булгаков ценой наркотической болезни выходит из состояния изоляции, возвращается в Киев и после краткой службы в армии начинает карьеру журналиста и писателя.

Второй благоприятный для творчества период жизни наступает где-то в возрасте 32-34 лет. Этот период немного короче первого, но тоже связан с балансом влияния разных ипостасей в лич­ности человека. Амбиции в этот период резко возрастают, но встречают сопротивление со стороны профессионализма, внешней критики и самокритики. Крушение прежних амбиций влечет переоценку ценностей и новые, более умеренные, но и более уверенные долгосрочные амбиции.

В жизни Булгакова этот творческий период связан с переездом в Москву, амбициозной попыт­кой штурма столичного писательского олимпа. Сам Булгаков и описывается себя в этот период в наброске пьесы так: «входит писатель – молодой человек развязного типа… Вначале ошеломленный писатель приходит в себя и начинает жаловаться на свое положение, настаивает на своей гениаль­ности, просит, требует помощи, уверяет, что может быть очень полезен. Ричард в ответ про­износит монолог о наглости. Но потом происходит соглашение.»

Напомним, что итогом этого соглашения и кризисного периода в жизни писателя стал гениа­льный роман «Белая Гвардия», изданный в 1924 году. Тогда же на смену первой амбициозной, но очень романтической музе приходит вторая, намного более прагматичная и связывающая амбиции с вовлеченностью писателя в правильный круг столичного света.

Что касается Азимова, то для него кризис 33-летия был связан с завершением публикации Трилогии. Три книги вышли в свет соответственно в 1951, 1952 и 1953 году. Его амбиции были на вершине славы, но публика быстро привыкает к хорошему и желает лучшего, каждый новый рассказ писателя соотносится с блистательной вершиной. Может быть поэтому следующего романа пришлось ждать целых двадцать лет.

Как мы, может быть, помним, иллюстрацией к кризису 33-летнего возраста в сюжете булга­ковского Романа был переход от 16 к 17 главе. От крушения «башни» сверхвысоких амбиций к конструктивному взаимодействию с творческой средой и с властью. В этом конструктивном взаимо­действии, как описано в 17 и 18 главах, опасностей ничуть не меньше, чем в амбициозном проти­востоянии и штурме высот. И спасает только путеводная интуиция и готовность соизмерять амбиции с реальным ростом.