Год быка--MMIX полностью

Опять же в порядке всеобщ­ности раз­вле­чения не забудем и вос­точную сим­волику, согласно которой 2009 год является ещё и Годом Быка, причём Золотого. Опять совпа­дение раз­ных, даже про­тиво­положных сим­волик. Золотой Телец – это самый что ни на есть корень западной мифологии, растущей из Древнего Египта. Но если западная часть человече­ства, как и либера­льная элита будут в новом году придавлены всем весом своего боже­ства, то мы в Рос­сии сами во­льны выби­рать себе альтернатив­ное зна­чение сим­волики. Кто пожелает – будет весь год служить «золотому те­льцу», а кто-то имеет воз­мож­ность следо­вать вос­точному толко­ванию, быть ближе к земле.

Есть и третье толко­вание сим­волики Быка. В стародавние времена слова «криптография» не было, а для обозна­чения понятия говорили «ход быка». Пашущий Бык идёт сначала прямо, а по­том в обратную сторону. Поэтому и говорили, что притчу, зашифрован­ное послание нужно читать «ходом быка» – сначала прямой смысл, а потом тайный, скрытый. А есть ещё латинский пере­вёртыш на тему пахоты: Sator Arepo Tenet Opera Rotas, который вообще можно читать в четырёх разных нап­рав­ле­ни­ях. Очень подходит к нашему Роману.

Для нас с вами Год Быка вполне может стать годом открытия тайн и раз­ре­шения загадок, полу­чения новых знаний. Во всяком случае, успех первой части нашего цикла позволяет на это надеяться. Нужно то­лько взять небольшой пере­рыв, отключиться от потока информации, соб­раться с мыслями и ещё раз взглянуть на текст свежим взглядом, про­честь его «ходом быка».

Какое же это удоволь­ствие, ещё раз не спеша и внима­те­льно пере­честь каждую страницу лю­бимого Романа! Обна­ружить в них самые настоящие клады ново­го знания и понять тайные знаки, ос­тав­лен­ные Автором! Честно признаюсь, хотя и был уверен в наличии скрытого духовного под­те­кста в романти­ческой притче «Мастер и Маргарита», но я и сам не ожидал, что этот под­текст насто­лько всепроника­ющий. Стоило обна­ружить первые нити – сквозные идеи, про­низыва­ющие главы Ро­мана, и вот уже вся головоломка, кажущийся хаос и карнава­льный калейдоскоп картин, начинает рас­па­да­ться вдоль найденных «силовых линий» на чёткие смыслы, образующие стройную систему.

И­мен­но метафизи­ческие историо­софские идеи являются ключом к толко­ванию сим­во­лики бу­лгаков­ского Романа. Успешно найден­ные в тексте Романа тайники и клады станут наградой тем, кто сумел уловить точный смысл этих идей. Поэтому я не могу заранее обна­дёжить чита­телей в том, что рас­крытый тайный смысл будет с первого раз­а ими понят и принят. Всё же речь идёт о довольно сложных идеях и даже о системе идей, составляющих булгаков­скую историософию. Согласитесь, что истори­ческий про­цесс, а тем более его скрытые движущие силы – это весьма слож­ная для понимания штука. Един­ствен­ное, что могу гарантиро­вать – нет более ясного и приятного для читателя способа, чем булгаков­ский текст-загадка, чтобы про­стым языком пере­дать эту сложную метафизику, рас­крыть её через взаимосвязь доста­точно ёмких идей.

Ещё одно важное замечание: Булгаков для наглядного изложения своих идей использу­ет не то­лько художе­ствен­ные парал­лели и метафоры, но и язык тайной сим­волики притч Ново­го Завета. Для меня это теперь очевидно, и я очень благодарен Евгению Полякову за его книгу «Одна версия преда­тель­ства Иуды», где скрупулёзно и доказа­те­льно рас­крыта система сим­воли­ческого языка евангель­ских притч. К сожа­лению, книга Полякова по своему объёму и стилю неудобоварима для большин­ства читателей. И в этом смысле игра, предложен­ная Булгаковым увлечённому читателю, позволяет нам прибли­зиться к тому, что в Евангелии называется вла­дение языками. Речь не о том, что апостолы вдруг заговорили на иностран­ных языках, а о способности не то­лько понимать, но и пользо­ваться си­м­воли­ческим языком притч Иисуса. То есть и в этом случае евангельское чудо должно быть истол­ковано в духовном смысле. Этим же тайным языком притч смог в совер­шен­стве овладеть Михаил Булгаков. Поэтому игра Автора с читателем в раз­гады­вание сим­волики Романа учит ещё и пони­ма­нию скрытого духовного смысла про­поведи Иисуса. И тем самым вос­станавливает подлин­ный образ великого Учителя, а не то­лько исполнителя страда­те­льной роли жертвен­ного агнца в великой Мис­те­рии, определив­шей ход всемирной истории.