– Не говори, – согласился Хартли, сбрасывая девятку. – И у них занятия только со вторника по четверг. В остальное время они могут себе позволить путешествовать по Европе. У Стейши в Фейсбуке куча фотографий: от Лиссабона до Праги.
– Я видел, – сказал Бриджер, отпивая пива. – И архитектура там не самое интересное.
Хартли покачал головой:
– Не начинай, чувак.
– Тебя действительно не волнует, что на каждом снимке у нее – один и тот же худой итальянец?
Дана, которая сидела напротив, подняла на меня глаза.
– Я уже говорил, что есть такое понятие, как допустимое жульничество. У нас соглашение, – сказал Хартли упавшим голосом. – Стейша думает, что нет смысла в прогулках по парижским мостам, если некого целовать на закате.
– Что-то я не заметил, чтобы ты использовал этот пункт соглашения, – парировал Бриджер.
Хартли пожал плечами.
– Это не в моем стиле.
– Вот именно поэтому, – сказал Бриджер, выкладывая на стол туза и забирая последнюю взятку, – я и не вступаю в отношения.
– Делай что хочешь, – ответил Хартли. – Я-то тут при чем?
Дана молча собрала карты и принялась их тасовать. Пока она приводила в порядок колоду, я усердно отковыривала этикетку с бутылки пива.
– Как это ты
– У Стейши слишком большие запросы, чтобы довольствоваться отношениями на расстоянии, – сказал Хартли. – Ей нужен кто-то местный, чтобы таскать чемоданы. Но это палка о двух концах, понимаешь? В ту же минуту, когда ее маленькие европейские каникулы подойдут к концу, она забудет, кто он такой.
– Он из Нью-Йорка.
Хартли закатил глаза.
– Для Стейши это далеко. И я не могу поверить, что ты следишь за… другом моей девушки.
– Она та еще штучка.
– Скажи что-нибудь новенькое, ладно?
Дана перевернула туза, положила его на стол и улыбнулась кошачьей улыбкой.
– Иисус, – оторопел Бриджер, – ты сейчас украла ход, да?
– Хартли подал мне идею, – улыбнулась Дана, – когда говорил про
Она подмигнула мне, и я изобразила улыбку. То, что сейчас сказал Хартли, меня просто душило. Его девчонка валяла дурака, а ему было все равно.
Тут появилась моя маленькая фея надежды. Я давно не слышала о ней – но вот она здесь, щекочет крылышками, нашептывая мне на ухо:
Ну да. Конечно.
Подготовка ко сну могла бы выйти неловкой, но этого не произошло, поскольку Хартли не знал, что такое неловкость. Что бы ни происходило, он всегда был просто Хартли с кривой ухмылкой и девизом «Да пошло оно все».
– Кстати, а зачем тебе такая огромная кровать? – спросила я, вытаскивая из сумки пижаму.
– Как раз когда я сломал ногу и не мог подниматься по лестнице в свою комнату, моя тетя переезжала, и ее новое жилье было недостаточно просторным для этой штуки формата «Калифорнийский король». Вот она и привезла ее сюда, а мне не пришлось спать на диване в гостиной.
– Мило с ее стороны, – сказала я.
– Точно. Ты пойдешь в ванную первая?
– Ты иди, – сказала я. – Я принимаю душ целую вечность.
– Как хочешь.
К тому времени, когда я вернулась в комнату из ванной, он уже крепко спал.
Сняв скобы, я легла. Он не шутил – между мной и им простирались бескрайние равнины матраса. Я лежала на своей половине, слушая его уютное посапывание. Уплывая в сон, я гадала, что бы Стейша подумала о нашем соседстве. Я знала, что ей я не конкурентка. Но кто запретит девушке мечтать?
Я проснулась через несколько часов, разбуженная чьим-то шумным прерывистым дыханием. Было темно, и я не сразу сориентировалась, где нахожусь. Потом я увидела Хартли – он стоял рядом с кроватью, опустив голову вниз и упершись руками в матрас.
– Что случилось? – проскрипела я.
– Икра. Судорога, – выдавил он.
– Какая нога?
– Здоровая. Не могу как следует опереться на другую, чтобы… а-а-ах.
– Позволь тебе помочь, – сказала я, садясь.
Я знала кое-что о судорогах.
С гримасой боли Хартли сел на постель и поставил здоровую ногу напротив меня.
– Прижми пятку сюда, – велела я, постучав себя по завернутому в одеяло бедру.
Когда он закрепил свою босую ногу передо мной, я взяла его за пальцы ноги двумя руками и потянула вверх. Он сдавленно выдохнул. Через минуту я скользнула рукой под его икру и прощупала ее пальцами.
– Ох, – выдохнула я, найдя узел.
– Постоянно такое, – пожаловался он.
– Из-за того, что одна твоя нога вышла из строя, вторая работает за две, – объяснила я.
Я сжала кулак и попыталась простучать узел.
– Агх-х, – простонал Хартли.
– Прости. Я сверхчеловечески сильна.
Он скорчился от боли, когда я согнула его ногу.
– Что делаешь, когда ты один?
– Страдаю. И томлюсь по умелым рукам физиотерапевта Пэт. Хотя ты тоже явно не новичок.
– Отец научил меня. Он знает толк в таких вещах, – сказала я. – Подожди. Все. – Узел на ноге Хартли под моей рукой расслабился.
Он выдохнул.
– Боже. Спасибо.
– Держи ее согнутой, – предупредила я, когда он поднял ногу на свою сторону кровати.
– Не волнуйся, постараюсь. – Он устроился на спине, подложив подушку под колено. – Извини за полуночный спектакль.
– Не беспокойся.
