— Я вас хочу предупредить насчет ваших молодых людей. Не очень-то на них рассчитывайте. Мы их тут в нашем кафе часто видим. Можно сказать, завсегдатаи. И по одному приходят, и вдвоем. И всякий раз они приходят сюда с новой девушкой.
Запоздалое предупреждение! Нет чтобы вчера сказать! Тогда подруги, может быть, и не влипли бы в эту историю с мертвым Черкашиным. А может, все равно влипли бы. Кто из нас и когда слушал чужие советы, какими бы благоразумными они ни были?
— Вот совсем недавно один из них приводил к нам сюда свою подружку, — не унималась официантка. — Такая красавица! Стройная, высокая, а глаза огромные и зеленые! Может, цветные линзы, но эффектно.
Чтобы скрыть свое смущение, Верочка еще раз прошлась. Правда, ей не показалось, сегодня туфельки и впрямь сидят на ее ножке как-то очень уж свободно. Вчера они облегали ее ногу куда туже. Даже тесновато было. А сегодня в самый раз. Неужели она так похудела за эти дни? Однако разгадка крылась в другом.
— Мы их все по очереди вчера пытались примерить, — призналась ей официантка. — Но никому из нас они даже на пятку не налезли.
Так вот в чем крылась причина увеличившихся туфелек. Их разносили! Совали в такую неземную красоту свои грязные копыта! Верочка сердито засопела и покосилась на официантку. Не очень-то приятно сознавать, что ваши новые туфли оказались оскверненными десятком чужих лап. А с другой стороны, разве в магазине их не мерили все подряд? От этой мысли Верочкино возмущение несколько поутихло. Но вознаграждение, которое она уже держала в кармане, так там и осталось. Верочка ограничилась устной благодарностью, надо сказать, тоже не самой горячей.
Вернув себе туфли, подруги отправились в «Планктон». Рабочий день, самый что ни на есть последний в этом году. Увы, на рабочем месте их ждала очередная неприятность.
Первым к ним подскочил Петя и выкрикнул Любочке прямо в лицо:
— Слышали новость? Эмма погибла!
— Как?
— Говорят, под машину угодила.
— Кто говорит?
Вместо ответа Петя кивнул в сторону кабинета Павла Семеновича. Дверь туда была приоткрыта. Сквозь образовавшуюся щелочку за происходившим внутри наблюдали чуть ли не все сотрудники «Планктона». Во всяком случае те, кто дал себе труд явиться в офис тридцать первого декабря, толклись именно тут. Девушки не стали отказывать себе в удовольствии и присоединились к общему собранию.
Им тут же зашептали со всех сторон:
— Полиция с утра пораньше в офис заявилась! Тут еще никого почти и не было. А они уже тут как тут. С новостями.
— Нашу Эмму-то вчера поздно вечером какая-то машина сбила.
— Документов при ней не было. Всю ночь она среди неопознанных трупов провалялась. Только под утро сообразили, кто она такая. Сюда явились.
— А почему сюда?
— А куда еще? Дома у нее по-прежнему никого!
И сочтя, что подруги достаточно введены в курс дела, им сообщили дальше:
— Полицейские вами двумя сильно интересуются. Уже два раза Павел Семенович за вами посылал. И полицейские, как пришли, только про вас и спрашивали.
Такое внимание к их скромным персонам сильно смутило девушек. Нет, они были не против известности, известность это даже хорошо, просто прекрасно. Но когда известность приходит рука об руку с полицией — это уже хуже.
Но деваться было некуда. Со всех сторон на них смотрели настороженные лица. Вчерашние друзья и коллеги, кажется, подозревали их бог знает в чем. Обеих подруг взяли в плотное кольцо. В такой ситуации нечего было даже и помышлять о бегстве. Путь им был открыт лишь в одну сторону, к кабинету Павла Семеновича.
— Идите! Ждут вас!
Подруги зашли в кабинет и услышали, как тут же за их спинами началась жаркая схватка за лучшее место в зрительном зале. Каждый сотрудник сам лично желал услышать, о чем пойдет разговор у подруг с полицией.
— А-а-а… Вот и наши красавицы!
Владимир Борисович приветствовал девушек чуть ли не с распростертыми объятиями, и у них сразу же отлегло от сердца. Раз улыбается, значит, не со злом сюда пришел.
— Скажите, красавицы, еще раз, на какой машине передвигались ваши знакомые?
Подруги описали великолепное авто, на котором вчера прикатили братья.
— Наверное, вам уже сказали о новой трагедии?
— О том, что Эмма Леонидовна попала под машину. Да, сказали.
— Не сама она под машину попала, а ее сбили. Преднамеренный наезд был совершен, вот как это называется. Но самое скверное в том, что наезд совершен на той самой машине, на которой вам вчера довелось покататься.
Подруги содрогнулись. Только не это! Неужели они катались на… на орудии убийства?
— И когда это случилось с Эммой Леонидовной?
— Когда на нее был совершен наезд, вы спрашиваете? Это случилось за полчаса до того, как машина была возвращена в прокат.
— Значит, уже после того, как мы попрощались с ребятами?
