- А вы нам - своими словами. Что поведал Ростовцев?..
Любопытство Георгия, видно, было настолько сильно задето, что он поддержал Франца.
Да и Пётр, и Василиса, и Евдокия Михайловна, - ждали продолжения. Даже доктор Рубин не остался равнодушен, хотя пока ещё трудно было понять: речь шла о человеческих жизнях или о жизни дома.
Франц крикнул на кухню:
- Егор Сергеевич, чего ты там один?.. Иди к нам.
*** Пропавшее завещание
- Ростовцев же заделался писателем, имея доступ к архивам, - начал завхоз. - Прежде всего - сделал себе Имя на шумных разоблачениях. Когда кроме имени Виталий Олегович захотел ещё и денег, открыл собственный эстетский журнал. Последнее время жаловался, что прибыль невелика, но я-то знаю: иной раз крупно выгадывал, умело решая: про кого и что печатать, а о ком умолчать.
- А как же его пускали в архивы? - спросил Франц.
- Попробовали бы не пустить, - усмехнулся Георгий. - Этот мог такую "звонь" поднять в прессе!.. Он многих в руках держит.
Франц понимающе прищурился.
Завхоз увлёкся: ему не терпелось разоблачить хозяина.
- Так вот, он по привычке изредка захаживал в хранилища: промышлял темами для своих литературных трудов...
Франц, глядя на Василису, обратился к Бурханкину:
- Вот так, Егор Сергеевич, учись! Кто-то рожает по ночам, а кто-то под ногами находит...
- Мужик! Мне вчера тётя Дуся сказала, я сама не догадалась, - заметила певунья. - Ему природой противопоказано. Мужику рожать - себя ронять! - она съёжила нос. - Хотя скоро эти и рожать захотят вместо нас. Мы будем лишь для... А для чего?.. Нй для чего... Будет население однополых.
- Вы что-то, это... не про то, - утихомирил её Бурханкин.
- Короче, - продолжил завхоз, - около года назад Ростовцев наткнулся на уголовное дело времён репрессий. Кто-то отсидел, потом вышел, потом поселился в этом доме, потом писал отсюда другу. Я всего не понял - мне эти чужие биографии ни к чему. Вобщем, понравились Виталию Олеговичу эти записки. "Славно изложено, - говорит, - не письма, а живые рассказы. Я вообще мертвецов издавать люблю, - так и сказал! - прибыльное дело! А сколько там компромата на ныне здравствующих!.. Золотая жила!.."
- Ближе к теме, будьте любезны! - попросил Франц.
- Не перебивайте, будьте любезны! - в том же тоне ответил завхоз. - Я как раз по теме. Короче говоря, в деле было завещание. На всё. В том числе - и на так называемую "интеллектуальную собственность". Указано было - в двух экземплярах, но к Ростовцеву в руки попал только один. Виталий Олегович подумал, что второй экземпляр завещания может быть спрятан где-то тут. - Завхоз обвёл руками помещение.
- А что, родных у, это... у того - никого не осталось? - спросил Бурханкин.
- Нет.
- А кому же тогда он всё, это... отписал?..
- То-то и оно! - оживился Тарас Григорьевич. - Этот артист всё оставил какой-то седьмой воде на киселе, внебрачной дочке сына. Там, по-моему, даже фамилия её не была указана. Он лишь слышал о её рождении: сын, якобы, не успел зарегистрировать, то да сё... Ну, мы-то знаем, как эти детки рождаются. - Завхоз гордо посмотрел на сына. - У нас, Гошаня, с твоей матерью всё по закону было!..
- Но потом ты нас не сильно баловал своим присутствием, - возразил Георгий.
- Жизнь у людей по-разному складывается... Не тебе меня судить! Значит, мы с Натальей были не пара...
Францу снова показалось, что между ними прошёлся призрак Селены...
Игорь Максимильянович решил проверить:
- А вы вообще знаете, что существует теория пар?
- Конечно! - завхоз проглотил наживку. - Жаль, не успел хорошо изучить их соответствие. Хотя, отрицательных примеров кругом - пруд пруди. Живут люди годами и маются. Нет бы - сопоставить...
- Позже мы и об этом с вами поговорим, - пообещал ему Франц, - пока же, как говорит мой друг Егор Сергеевич, "я спрошу, а вы ответьте"... Как вы с Ростовцевым раскопали, что Василиса - и есть та самая мифическая внучка-наследница?..
- Да вот, когда Диана тут летом появилась, я сразу понял: неспроста! самодовольно заявил Тарас Григорьевич. - Уж очень по-хозяйски себя чувствовала. Ну, я и поспрошал. А как Виталию Олеговичу рассказал, он по своим каналам уточнил... Осталось дело за малым: выяснить, знает она что-нибудь о наследстве или пока нет.
- Игорь Максимильянович! - обратилась возмущённо Василиса к Францу. Он же нарочно подложил мне картонный чемоданчик! Специально!.. Знаете, что там было?
- Да, - усмехнулся тот, - я ещё осенью засунул внутрь свой греческий профиль!.. И вы, конечно, тоже.
- Ну, а что, - не смутилась Василиса, - он сам твердил: "Всё - к вашим услугам!"
Франц вынул из кармана металлическую женскую головку из коробки - ту самую, что они с Бурханкиным заново нашли в подклети.
Певунья не поленилась сбегать к себе, притащила плоский чернильный прибор в виде четырёхлистника, сорвала пластмассовую затычку и приложила крышку-головку. Тонкий профиль в капоре точно лёг на своё место. Продемонстрировала. Достала из косметички крохотный батистовый платочек... Уголки всех её носовых платков были вышиты точно таким же узором, что на вензеле ладанки.
