Волчок начал яростно скрести лежалый снег. Потревоженный хозяин леса потерял голову, потом лапу... Остальные формы развалились, рухнули к подножию пня. Пенёк накренился... скатился к основанию кургана, увлекая за собой лавину снега. Мокрые, тяжёлые, будто склеенные брёвна вдруг разъехались... что-то хрипло звякнуло, угрюмо лязгнуло...
Обнажились челюсти медвежьего капкана. Гигантская железная прищепка накрепко поймала бесследно пропавшего зимой человек, бывшего на тот момент хозяином Большого Дома...
- Что там, Фима? - торопливо расспрашивал Бурханкин. - Фомка, Волчок, фу! - успокаивал он ощетинивших загривки собак. - Скажи, Фима, ну, чего это они... что там? Отойди, я же не вижу!
Франц посторонился. Егерь замер...
- Значит, Василиса не ошиблась: кто-то действительно тем вечером кричал. - Франц повернул товарища спиной к неприглядной картине. - А мишку-то ведь так и не поймали, сам ушёл.
- Фу-у, да-а, - закряхтел Бурханкин. - Природа, она, это... не прощает... Она, это...
Франц нахмурился.
- Какая же природа, Вилли? Ты же капкан ставил!.. Постой, постой... Ну-ка отойди в сторону.
Он наклонился к тому, что прежде было человеком, не слушая ворчания: "То - постой... то - отойди... Что ты ищешь?.."
Франц разгрёб перчаткой снег вокруг головы погибшего, порылся, что-то поймал там, вынул из снега кулак, осторожно разжал, словно боясь упустить снова.
- Интересно, - пробормотал Игорь Максимильянович, - что ж получается?.. Кто-то прервал его мучения, или же - побоялся, что он освободится?.. А может, с высоты птичьего полёта приняли за медведя...
- Что же нам так везёт? - сокрушался егерь. - Почему мы?..
- А ты бы хотел, чтоб Василиса его нашла? - спокойно возразил Франц. А то, давай: я верну пулю на место и - оставим всё, как есть. Пусть новая хозяйка разбирается с трупом прежнего, пусть и незаконного, но владельца...
- Ни-ни-ни, - испугался Бурханкин. - Она как написала, ну, это... когда она собирается выехать докэмент на дом оформлять?..
- По числам выходит - послезавтра, - подсчитал в уме Франц. - Значит, надо поторопиться до её приезда. Как думаешь, Хорошенький быстро управится?..
- А как мы ему сообщим? Он же опять не поверит.
Франц покатал на ладони пулю, уронил её в снег, поднял, спрятал в карман тёплой влагостойкой куртки.
- Ну, нет. Поехали в райцентр. Теперь-то ему не отмазаться: "Нету тела - нету дела!"
Бурханкин посуровел, поскрёб вязаную шапку.
Он вернулся на крыльцо Большого Дома, сложил припасы в сумку Франца, свистнул собак.
- Фима, у тебя, это... ключи от квартиры с собой?.. Или, это... в моей с Ленкой избе заночуем?..
- У меня, - односложно решил Игорь Максимильянович и пристегнул лыжи.
*** Нет тела - нет дела
- Знаете, как это называется?.. - разорялся капитан Хорошенький.
Он стоял, пристально вглядываясь в талую воду, набежавшую в глубокие следы от чьих-то сапог-вездеходов.
Франц и Бурханкин за его крупной фигурой видели лишь мокрые брёвна, в три ряда аккуратно сложенные между забором и банькой. Центр двора был вычищен, как взлётная полоса аэродрома, несколько веток у старых яблонь сломаны, будто срезаны.
- Что вы мне голову морочите! Вы знаете, что я могу вас привлечь?.. Умышленное введение должностного лица в заблуждение... - Хорошенький задумался, какую бы статью назвать этому законнику-всезнайке.
Франц строго прервал капитана "при исполнении":
- Мы вам когда доложили? Надо было немедленно приступать к делу!..
- Не к чему приступать, - отрезал Аркадий Петрович, решительно встряхивая кудрявым чубом из-под форменного головного убора. - Нету тела нету дела! Тем более, заявлений о пропаже никто не подавал, - завершил он любимый афоризм, усмотрев в глазах Франца усмешку-напоминание об истории фермера. - Я ещё зимой в область рапортовал: уехал Ростовцев вместе со своим джипом!.. А то, что наследница на дом нашлась, что ж - флаг ей в руки: плати налоги - вступай в права!..
Наследница Василиса в это время уже приехала в райцентр как раз за этим: оформляла владение Большим Домом.
Встретить её Франц поручил Евдокии Михайловне. Та, конечно же, с радостью откликнулась на его просьбу: "Подумаешь, выходной! Зато с Василисушкой повидаемся!"
Повариха взяла ключи от квартиры Франца, проводила туда певунью. По договорённости с законником, ни словом ни обмолвилась о "находке" у развалин флигеля: "И правда. Зачем пугать девоньку? Ей и так на Крещенье досталося!"
- Ой, Игорь Максимильянович, мне велено вам передать, - зазвенела Василиса, едва Франц и Бурханкин вошли в дом. - Крёстная вас благодарит за то, что сохранили её тетрадь, и сожалеет, что не догадались вернуть через меня, - она ещё больше взлохматила свой пёстрый беспорядок на голове и с любопытством уставилась на Франца, ожидая его реакции.
Фомка и Волчок не дали продолжить интересующую её тему: аккуратно огрызаясь друг на друга, подмели хвостами пол, но при этом наследили так, что даже равнодушная к быту душа Бурханкина не выдержала.
- Это что же вы натворили? Кто вам, это... разрешил?..
