И в самом деле – нашел. Как выяснилось, даже не надо было так глубоко забираться в дебри: хорошо заметные следы фундамента, точнее, даже не следы, а сам полуразвалившийся фундамент обнаружились всего в паре десятков метров за тридцать вторым домом. Более того – рядом стоял даже сравнительно прилично сохранившийся сарай.
- Дом, наверное, просто вывезли отсюда, - предположил Леонид, пробираясь сквозь крапиву к довольному напарнику. – А ты уверен, что это именно тридцать пятый?
Сыч ткнул пальцем в компас.
- Я так понял, нумеровалась улица с востока на запад, мы на западном склоне холма. Получается, что номер этого дома – не меньше тридцати четырех. Может, и не это тридцать пятый, но ничего другого я не нашел.
- Ну так что, ты запомнил, как ты сюда пришел?
- Вообще не очень. Но ты же видишь дом, - Сыч ткнул пальцем в избу, по которой они ориентировались. – Пойдем за лопатами, нужно проверить.
Идти отсюда до снятого ими дома было всего минут пять. У Даны что-то шипело на сковородке, она не открыла им дверь, воспользовавшись ситуацией, Леонид тихо проскользнул в сени, схватил лопаты и так же бесшумно переместился наружу.
- Пошли. Только тихо. Твоя Дана обед готовит, еще увидит нас тут, скажет, что вся наша затея дерьмо, раз мы так быстро вернулись.
- Мне иногда кажется, ты ее лучше меня знаешь, - произнес Сыч.
- Ты иногда бываешь невнимателен. Чувак, ей правда это неинтересно. Ты бы лучше отправил ее… ну, не знаю, на море куда-нибудь, а сюда бы мы вдвоем поехали.
- Чтобы она думала, что я здесь по всяким шалавам шляюсь? Ну нет, - рыкнул Сыч. Леонид понял: семейный разговор пора заканчивать, сейчас он опять закипит и дело закончится поединком на лопатах.
Вернувшись на место, покружив минут двадцать по зарослям, они заново отыскали фундамент, положили рядом лопаты и достали из планшетки Сыча книгу.
- Так. Он пишет, что клад был зарыт либо под сенями, либо под двором, - бормотал Сыч.
- Старый клад-то?
- Сам – не очень, пишут, что зарыт в гражданскую войну, чтобы коммунисты не реквизировали или как там это называется. А вот содержимое старое, монеты там еще петровских времен могут быть.
- Уверен, что этот дом тогда уже стоял? Нам бы надо было найти где-нибудь перечень годов постройки…
- А ляд его знает. Давай попробуем, может, и не клад, так другое чего-нибудь интересное выкопаем. Был такой обычай, деньги кидать под фундамент, чтобы в доме водились. Только нам сначала надо определить, где здесь были сени.
- О дьявол… - застонал Леонид. – Как?
- Так, - беззаботно отозвался Сыч. – Итак, чувак, встань так, чтобы перед тобой был сначала этот дом, а по прямой линии за ним – та изба. Я так думаю, это была ветка от улицы.
Увязая ногами в сгнившем хворосте, крапиве и еще какой-то органической дряни, Леонид все же смог принять нужное положение.
- Сравни теперь параллельность стен.
- Да вроде бы параллельны. Похоже, эти два дома и в самом деле в один ряд стояли. Может еще между ними было что, посмотри.
- Надо бы, - Сыч что-то черкнул карандашом на полях книжки. – Вот смотри, справа больших деревьев же нет?
- Нет.
- А слева?
- Слева сосна. Лет тридцать, не меньше. Может, и пятьдесят.
- Скорее всего сени были справа, давай правую сторону фундамента осмотрим, - фонтанировал умозаключениями Сыч.
Он рухнул на четвереньки и принялся ползать вдоль правой стороны, периодически тыкая в землю кулаком.
- Это здесь, - заключил Сыч, остановившись возле заднего угла фундамента, наиболее далеко отстоявшего от дороги. – Земля здесь тверже, чем в других местах.
- Под полом она, по идее, должна бы быть мягче…
- Комриха – бедная деревня, здесь на полы в сенях тес не тратили, пол скорее всего был земляной. У меня же дед здесь частенько бывал, сечешь? Он рассказывал, что было много земляных полов. А теперь хватит трепать языками и давай копать.
- Надо было поставить на палево кого-нибудь…
- Да забей, никто здесь не ходит. Если только с Кувецкого поля кто-нибудь придет собаку хоронить, и то в такие дебри не полезет. Копай давай.
Земля все равно была мягкой и рыхлой, и за каких-то пятнадцать минут им удалось проделать основательную дыру на месте предполагаемых сеней, однако же ничего, кроме половинки кирпича, вырыть из нее не удалось.
- Тебе не кажется, что мы ошиблись? – фыркнул Леонид, которому в ноздрю попала земля после одного особенно мощного броска Сыча.
- А пес его знает. По-хорошему, конечно, надо бы вдоль всего остатка фундамента прокопать. Может, у них вместо сеней длинная веранда была, тут попадаются такие дома.
- Думаешь, до революции такие строили?
- Еще как. Наш дом – ну, тот, который мы сняли – тыщу восемьсот девяносто восьмого года. И ни разу толком не перестраивался, веранда тоже родная. Местная примочка. На Кувецком поле так же строили.
- А может, сени вообще с другой стороны были? И что, теперь весь периметр окапывать?
- Надо будет – окопаем! У нас почти все лето впереди еще.
- Ты это, не забывайся, я-то тут до двадцать третьего июля, не больше.
- А сегодня двадцать… шестое июня? Месяц, чувак, месяц! Мы за этот месяц всю Комриху перерыть успеем.
