За письменным столом, склонившись над картой и подперев левой рукой подбородок, сидит командующий фронтом. В правой руке у него изогнутая трубка, концом которой он водит по карте. Он читает очередную оперативную сводку и сверяет ее данные с картой. Усталые, но с живым блеском глаза командующего остановились на Брянских лесах. Он долго, внимательно рассматривает их на карте, вглядывается в эти зеленые пятна леса, в эти вьющиеся ниточки дорог со множеством мелких черных миллиметровых квадратиков, обозначающих деревни, в тонкие голубые нити, будто кровеносные жилки на руке, - ручьи и реки. Синие жирные клинья вражеских ударов нацелены на Брянск.
- Вот тут мы его и остановим, - говорит он тихо. - Нам это на руку: крупные лесные массивы, частые речные рубежи, узкие лесные дороги…
Командующий берет со стола синий карандаш и исправляет указанное в сводке и нанесенное пунктиром на карте предполагаемое направление дальнейшего наступления противника. Оно показано было на Курск, Елец, Тамбов, но командующий поворачивает его с Брянска на Орел и Тулу.
«Хитрят гитлеровцы… На самом деле, несомненно, они замыслили обойти Москву с юго-запада», - думает он.
В кабинет входят начальник штаба и начальник разведотдела. Командующий встает и здоровается с ними. Затем зажигает спичку и не спеша раскуривает трубку. В уголках его губ проскальзывает едва заметная улыбка, глаза мягко, задумчиво улыбаются.
- Канны, - говорит он, показывая изогнутым концом трубки на карту, - никак не дают покоя гитлеровским стратегам. Хотят обойти Москву с юго-запада.
Начальник штаба подходит ближе к столу, всматривается в карту, лежащую перед командующим.
- Эта мечта о Каннах, кажется, не покидает их от самой нашей границы.
- Да, - подтверждает командующий, - они уже давно все наши армии окружили и уничтожили… в своих газетах. И с кем только они воюют, неизвестно. Здесь они сосредоточивают танковую ударную группу Гудериана, - показывает он концом трубки на леса западней и юго-западней Брянска, - для удара на Москву. А чтобы отвлечь наше внимание, сейчас немцы наступают под Ленинградом и на Украине. Но это лишь вспомогательные удары их общего стратегического плана, имеющего главную цель - захватить Москву.
Лицо командующего фронтом сосредоточенно и задумчиво.
- Думаю, так, - говорит он. - Немцы демонстрируют наступление на Западном фронте, желая ввести нас в заблуждение, что они собираются овладеть Москвой, наступая в лоб. На самом деле они сосредоточивают свои усилия на флангах и будут пытаться обходить и брать столицу в свои излюбленные «клещи». А какое у вас мнение по этому вопросу, товарищи?
- В сложнейшей обстановке мы не можем ожидать подхода свежих резервных дивизий, - говорит начальник штаба. - Ожидать в такое время - значит погубить дело обороны Москвы. Нужно произвести как можно быстрее перегруппировку наших наличных сил и средств.
Командующий поднял глаза от карты.
- Давайте, - предложил он, - передадим вновь формирующейся армии генерала Кипоренко две дивизии из резерва и танковую бригаду. А для того чтобы сорвать замысел врага о танковом таране на Москву, выделим в помощь Кипоренко побольше авиации. Ее задача - нанести мощный воздушный контрудар по гудериановской танковой группировке, чтобы парализовать ее дальнейшие действия. А к этому времени подойдут свежие резервные армии из глубины страны, и тогда план немцев будет сорван. Одновременно необходимо усилить оборону на правом фланге и стыке с Западным фронтом. Как вы считаете, товарищи?
Начальник штаба доложил о том, что до сих пор задерживается прибытие воздушной армии. Командующий продолжал напряженно думать, на лбу его появились две острые поперечные морщинки. Он неторопливо выбил пепел из трубки.
- Остается один важный вопрос, - сказал он, - Это об организации контрудара в районе западнее Трубчевска. Но решение этого вопроса отложим до предварительного доклада в Ставку верховного главнокомандующего.
Вскоре после ухода «штабистов» в кабинет вошел адъютант. Зная, что командующий не выпил еще даже стакана чаю, а был уже полдень, он предложил ему позавтракать.
- Позавтракать? - переспросил командующий. - Что ж, позавтракать надо, от этого, к сожалению, нельзя освободиться. - Он наклонился над картой, сделал для себя какую-то заметку и, зажигая трубку, приказал: - Вызовите ко мне к семнадцати часам генерала Кипоренко.
2
Генерал Кипоренко вывел, наконец, армию из окружения и сразу же получил распоряжение влить ее во вновь формирующийся по приказу Ставки Брянский фронт. Из всей армии Кипоренко остались только две дивизии, да и те измотанные, значительно утратившие боеспособность. Они заняли рубежи на левом берегу реки Десны, восточнее Брянска. Необходимо было вновь формируемые дивизии укомплектовать личным составом, вооружением и материальной частью, пополнить боевыми машинами танковые бригады.
