То, что Пакистан должен быть обвинен за организацию кризиса, было бесспорно. Но к октябрю главной проблемой был вопрос о том, как исправить изначальную ошибку и избежать войны с последствиями, намного выходящими за рамки субконтинента. Советская цель в свете нашей инициативы по Китаю состояла в том, чтобы унизить Пекин и продемонстрировать тщетность усилий Пакистана по поиску опоры или в Китае, или в Соединенных Штатах в качестве союзников. Более того, если бы Индия стала действовать по такой тактике, это вполне могло бы распространиться на Ближний Восток, где Египет, который тоже имел договор о дружбе с Москвой, угрожал в так называемый год принятия решения урегулировать свои жалобы путем войны. Я считал, что открываются зловещие перспективы для Ближнего Востока, когда Советы могли бы указать на Южную Азию как свидетельство эффективности войны и слабость Соединенных Штатов.
7 октября я созвал заседание ВГСД в ситуационной комнате Белого дома с целью обдумать, что можно предпринять для того, чтобы остановить скатывание к войне. Возникла рефлекторная озабоченность в связи с возможностью китайского вмешательства; кое-кто из участников предложил сделать формальное предупреждение Пекину, которое имело бы в качестве единственного практического результата устранение еще одного из сдерживающих Индию элементов. Однако встреча завершилась довольно миролюбиво. Госдеп предложил, чтобы мы попросили как Индию, так и Пакистан отвести свои вооруженные силы от границ; к Москве и Тегерану обратились бы за поддержкой этой идеи. Обеим странам вновь было бы дано ясно понять, что война приведет к прекращению американской помощи. Пакистану была бы выражена поддержка в случае начала диалога с избранными бенгальскими руководителями – не очень-то тонкий намек на необходимость пересмотра его подхода к Муджибу. Госдеповский план был одобрен.
Если смотреть с точки зрения ретроспективы, то становится очевидным, что мы слишком переоценили влияние на Индию угрозы прекращения помощи. В силу сложности принятия решений и влияния того, что уже продано и находится в пути, прекращение помощи никогда не бывает таким уж хирургически точным. Индия подсчитала, – как и оказалось, правильно, – что могла бы опираться на то, что будет идти по инерции вплоть до прекращения, пока новая перемена политического климата не даст возможность возобновить такую помощь.
Наш первый заход был сделан в отношении Яхья Хана, результаты были обнадеживающие. 11 октября он принял наше предложение о взаимном отводе войск с границ. Теперь он выдал нам график политического урегулирования. Он созовет новую национальную ассамблею до конца года и вынесет на нее конституцию. Вскоре после созыва национальной ассамблеи он передаст власть гражданскому правительству. Провинциальные ассамблеи соберутся как в Западном, так и в Восточном Пакистане. Восточный Пакистан будет иметь большинство в гражданском национальном правительстве (фактически гарантирующее исход, сравнимый с бенгальскими чаяниями). Он вновь пообещал, что смертный приговор Муджибу не будет исполнен; гражданское правительство сможет решить его будущее в течение трех месяцев. 16 октября наш поверенный в делах в Исламабаде встретился с Бхутто, который согласился с тем, что ведущие позиции в новом правительстве должны отойти Восточному Пакистану. Муджиб мог бы играть активную роль. Теперь почти не оставалось сомнений в том, что Восточный Пакистан был бы в состоянии решать свое будущее после ухода Яхья Хана.
Результаты в Индии были менее благоприятными. 12 октября посол Китинг встретился со Сваранг Сингхом и получил знакомый перечень индийских жалоб. Соединенные Штаты не используют свое влияние на Исламабад в достаточной мере; усилия по началу диалога с бангладешскими представителями в изгнании стали некоей отговоркой, чтобы обойти Муджиба. Взаимный отвод войск, как указал министр иностранных дел, неприемлем, но односторонний пакистанский уход с границ был бы полезным, и Индия могла бы пересмотреть свой подход, если бы пакистанцы на самом деле ушли. Сингх не объяснил, как Пакистан мог отвести войска, в то время как индийская армия скопилась на его границах и давала возможность проникновения тысяч партизан.
Узнав об этих отказах, Никсон дал указание Хэйгу 19 октября «сделать еще один заход в отношении индийцев». Еще до исполнения этого указания индийский министр обороны в очередной раз отверг взаимный отвод войск, на этот раз 20 октября на встрече с Мори Уильямсом. Нет никакой опасности, как зловеще добавил индиец,
