Кроме законов, обычаев, языков и религии, есть еще одна, более жестокая форма связующей силы, объединяющей членов суперплемени, – война. Не боясь показаться циником, можно смело утверждать, что нет лучшего подспорья правителю, чем удачная война. Она предоставляет ему великолепный шанс быть тираном, которого еще и любят. Он может внедрять самые суровые формы контроля, посылать тысячи своих подданных на верную смерть и все же быть почитаемым как великий защитник народа. Ничто так не укрепляет внутриплеменные связи, как внешняя угроза.
Тот факт, что внутренние конфликты стихают перед лицом общего врага, не был обойден вниманием правителей как прошлого, так и настоящего. Если переполненное суперплемя начинает «трещать по швам», швы можно быстро подлатать, когда появляются
Несмотря на привлекательность для любого жестокого диктатора война имеет один очевидный недостаток: одна из противоборствующих сторон, скорее всего, будет разбита в пух и прах, и жертвой может оказаться именно диктатор. Членам суперплемени следует сказать «спасибо» этому печальному факту.
Таковы в целом связующие силы, оказывающие влияние на жизнь крупных городских сообществ. Благодаря их разнообразию появились типы лидеров, соответствующие каждой из них: руководящие работники, судьи, политики, общественные лидеры, верховные жрецы, генералы. Во времена, когда жизнь была попроще, все они находили воплощение в одном человеке – всемогущем императоре или короле, который был способен справиться со всеми возложенными на него обязанностями вождя. Но шли века, племена росли, истинные лидерские качества стали проявляться в разных сферах в зависимости от того, в какой из них появлялся наиболее незаурядный индивидуум.
Не так давно народу стали позволять высказывать свое мнение на выборах нового правителя. Такой политический ход сам по себе является мощной связующей силой, дающей членам суперплемени ощущение «принадлежности» к своей группе и возможности влиять на ее жизнь. Как только новый руководитель выбран, становится понятно, что влияние народа вовсе не такое весомое, как представлялось раньше, но во время выборов ощутимый ветерок социальной исключительности все-таки освежает просторы общества.
Чтобы помочь этому процессу, для управления отдельными территориями были назначены местные псевдолидеры. В некоторых странах это превратилось не более чем в ритуал, поскольку «местные» представители власти являются не кем иным, как заезжими профессиональными политиками, однако подобное извращение неизбежно в таком сложном обществе, как современное суперплемя.
Цель политики руководства с помощью избранных представителей власти ясна и понятна даже с учетом того, что такое руководство сложно осуществить на практике. Она основывается на частичном возврате к принципам первоначальной системы племенной организации, когда все члены племени (или хотя бы взрослые мужчины) имели право голоса в вопросах решения общих проблем. Все они были в каком-то смысле коммунистами, делили всё поровну, и никто не отстаивал свое неотъемлемое право на частную собственность. Собственностью было все, что можно было себе присвоить, но, как я уже говорил, племена были маленькие, и все друг друга знали. Индивидуальная собственность приветствовалась, но двери и замки были еще делом будущего. Как только племя превратилось в безликое суперплемя, заполненное незнакомыми людьми, бдительная охрана собственности стала необходимостью и начала играть намного более важную роль в жизни общества. Любое политическое действие, игнорирующее этот факт, встречало резкое противодействие. Современные коммунисты наконец начали это понимать и уже корректируют свою политику соответствующим образом.
