- Премного благодарен за такую чуткость, но не только поэтому. Понимаешь… Войны выигрывают не те, кто силен, а те, кто знает, как этой силе противостоять. Информация на войне – дорогая валюта, и именно ею богаты победители. Не зря ведь говорят, меньше знаешь - крепче спишь, а много будешь знать – скоро состаришься? Последнее не совсем точно передает мысль, - Эдмунд помрачнел и продолжил: - Тот, кто много знает, скоро и умрет… Моя шпионская сеть простирается над всем материком.
- Даже над Орландией? – ахнула Сьюзен. – И Тархистаном?
- Друзья могут стать врагами. А за врагами контроль нужен особенно пристальный. Ты не представляешь, сколько моим шпионам удается узнать, сколько информации проходит через мои руки. И далеко не все известно Питеру. О некоторых вещах я сам предпочел бы забыть, да не могу. Будет лучше, если о них будут знать как можно меньше людей. Сьюзен, эти сведения представляют ценность как для Нарнии, так и для других держав. Их при желании можно выбить силой. За себя я уверен. Других не хочу подвергать такому испытанию, если наступят тяжелые времена.
- Я никогда раньше не думала об этом, - призналась девушка, ощущая, как по спине пробегает неприятный холодок. – И такие времена могут… наступить?
- Я страж Нарнии. Я сам выбрал свой путь, свое призвание и предусмотреть должен любой исход, - жестко ответил Эдмунд. – Поэтому я не хочу, чтобы со мной это бремя кто-то разделял. Особенно близкие мне люди.
- Но ведь не вся твоя работа связана с такой опасностью, - возразила Сьюзен, - Есть же еще полиция в Нарнии…
- Есть. И что с того? – нахмурился младший король. Сестра взяла его руки в свои и практически насильно усадила рядом. Это далось ей непросто, так как Эдмунд явно подозревал неладное и сопротивлялся, но не очень твердо. Немного поразмыслив, она произнесла негромко:
- Разве нет дела, не столь рискованного и важного, но играющего значимую роль? Пойми, Каре очень важно чувствовать себя частью твоего мира, быть с тобою рядом. Она… У нее ведь никого в Нарнии кроме тебя нет. Слишком мало времени прошло, чтобы она влилась в нашу страну. Поручи ей что-нибудь не особо важное. Так ты покажешь, что доверяешь и ценишь ее поддержку и помощь.
- Это обязательно? – кисло поинтересовался юноша.
- Если я что-то понимаю в женской натуре, то неплохо было бы, - кивнула Сьюзен, усмехнувшись.
- Нашлись две родственные души… – проворчал Эдмунд, хмурясь. – Хорошо. Хорошо, я подумаю над этим, но если ты ответишь мне на один вопрос. Отчего такая заинтересованность в том, чтобы мы с Карой помирились? Тебе она, кажется, не нравилась.
- Я не отрицаю этого. Но… – старшая королева вздохнула и ответила просто, но прямо: - Я хочу, чтобы ты был счастлив. Несмотря на то, что мою заботу ты чаще воспринимаешь в штыки.
С этими словами Сьюзен обняла брата, возмужавшего и ставшего таким же сильным, как и Питер, всей душой желая, чтобы он понял. Она хочет ему только добра… Жаль, что им не удается всегда добиться взаимопонимания. Бежит время, они взрослеют, и меняются проблемы, с которыми приходится бороться. Одно только незыблемо и постоянно: Сьюзен очень любит своего брата, каким бы вредным и упрямым он ни был. Эдмунд прижал ее к себе, молча благодаря за этот разговор и прося прощения за все обиды и ссоры, что между ними происходили. Уткнувшись ему в плечо, девушка добавила:
- К тому же подготовка к свадьбе идет полным ходом, и мне бы не хотелось, чтобы мои старания оказались напрасны.
- Сьюзен!..
***
Кара просыпалась вместе с солнцем. Она привыкла вставать вместе с золотым светилом, словно повинуясь древнему циклу, заведенному в природе, и потому уже была на ногах, когда остальной дворец еще спал. В таком режиме были и другие плюсы: служанки, ей выделенные, досматривали последние сны и не мешали. Девушка никак не могла привыкнуть к тому, что элементарные вещи, кои она могла сделать и самостоятельно, за нее порываются выполнить помощницы. Зачем, спрашивается, ей помогать надеть платье? Она калека? Или волосы укладывать – это право Кара отстаивала с тем же жаром, с которым билась в Теребинтии. Так что теперь, наслаждаясь одиночеством и покоем, она неторопливо заплетала свои длинные, тяжелые косы.
