На второй встрече король понял, что на него откровенно давят. Лорд Доган нещадно прессовал мальчишку, желая добиться авторитета и показать, что не Нарнии диктовать правила их соседства. Мелкие детали, которые Эдмунд замечал, служили одной цели: продемонстрировать военную мощь Тархистана и его превосходство над принимающей стороной. Корабль был роскошен, когда как флот Нарнии только начали восстанавливать после Колдуньи. Команда моряков, даже слуги ходили с мечами на поясах, и клинки явно не скучали в потертых ножнах. Жесты, взгляды, поведение говорили четче любых слов: если Нарния хочет мира, ей нужно не возникать и проявлять характер, а повиноваться южной империи. И Эдмунду приходилось признавать, что война в данный момент для его государства губительна. Против Тархистана им не выстоять, не выдержать столь мощного удара. Из-за этого приходилось вести себя очень осмотрительно, чтобы не спровоцировать агрессию послов.
Первый день он тянул время, мучительно, с огромным трудом избегая ловушек, расставленных оппонентом. Стоило больших усилий обходить конкретные вопросы и давать на них расплывчатые ответы, которые не несли никакого смысла, не отвечать на провокации, в которых посол был мастером. Это больше напоминало игру, где тархистанец загонял короля в угол, а Эдмунд, точно угорь, ускользал. Площадка же постепенно уменьшалась в размере, и пространство для маневра сокращалось. Долго так вилять хвостом он не мог. Слишком опытен и хладнокровен был лорд Доган, с которым королю приходилось иметь дело. Мальчик сопротивлялся нарастающему давлению, но понимал, что проигрывает эту схватку. Лишь то, что ценой его ошибки будет безопасность Нарнии, придавало ему сил и выдержки.
Эдмунд глухо застонал и рухнул плашмя на кровать. Та со скрипом просела вниз, на что король нахмурился. Какого черта она так качается и жалобно трещит? Вспомнив, насколько резво Люси убежала прочь, мальчик тяжело вздохнул. Ясно, кто виной разъезжающимся мебельным ножкам… Как же хотелось спать! Нет, скорее, выкинуть из головы Тархистан, политику, дипломатию и уснуть, зарывшись в одеяло с головой, и чтобы утром его никто не будил! От таких мыслей Эдмунд широко зевнул и потер глаза. Готовясь к приезду очередной делегации, он вечно не высыпался, что для любителя понежиться в постели было тем еще испытанием. Ложиться далеко за полночь и просыпаться вместе с солнцем – не шутки! Вот уедут эти чертовы тархистанцы, и он устроит себе заслуженный отдых. Будет вместе с Питером восстанавливать силы: Верховный король – после болезни, а младший – после стресса, связанного с переговорами. И пусть хоть кто-нибудь пискнет, что надо работать! Вон, пусть девчонки потрудятся. Люси давно уже рвется принести государству пользу, пора ее мечтам стать явью. Надо бы придумать, чем ее занять, но не сейчас… Сейчас явно не до этого…
Вставать было настолько лень, что Эдмунд решил уступить самому себе и заснуть прямо так, одетым. Очень уж сладкой была окутывающая его полудрема… Которая разрушилась, стоило кому-то постучать в двери. «Может, притвориться, что меня нет?» - мелькнула предательская мысль. А вдруг это принесли вести о том, что лорд Доган осознал свое неподобающее поведение и приполз к нарнийскому королю на коленях, моля о прощении? Мальчик не мог такого упустить и потому со стоном сел. По его хриплому, уже сонному возгласу двери открылись, и внутрь заглянул мистер Тумнус. За ним проследовал рыжей тенью Лис.
- В чем дело? – устало осведомился Эдмунд. Фавн был серьезен, а еще очень, очень бледен. Король нахмурился, прогоняя дремоту и сосредотачиваясь.
- Очень плохие новости, Ваше Величество, - произнес Лис, садясь точно напротив. Мальчик поджал губы. Что может быть хуже выбешивающего его посла и несвоевременной болезни Питера? Тумнус застыл рядом, нервно дергая парадный шарф. – Корабль.
- Что корабль?
- Корабль тархистанцев сделан из тех же досок, что и потерпевший крушение у наших берегов. Дриады, с которыми я разбирал обломки, узнали эту породу дерева, - произнес Лис мрачно. Эдмунд непонимающе нахмурился. Затем его глаза расширились от изумления.
- Подожди-подожди! Ты уверен?
- Абсолютно, мой король. Такого рода заявления не делаются голословно. Это слишком серьезно.
- Если… Если корабль тархистанский, то он не может быть рыболовным. И если он не военный, то…
- То только один человек может рассказать, что именно это был за корабль. Тот, кто до сих пор скрывал его истинное предназначение, - произнес мистер Тумнус. Мальчик помолчал, о чем-то напряженно размышляя, и вдруг рявкнул:
- Стража! – в покои тут же ворвались два вооруженных фавна. Безопасность во время дипломатических приемов была на высшем уровне. – Онура ко мне! Немедленно!
***
Сьюзен с самого утра отправилась к Питеру, чтобы узнать о его самочувствии. Лекари успокоили девочку, сказав, что жар немного спал. Однако Верховный король, еще не придя в себя, рвался из постели, и удержать его было невероятно трудно. Сьюзен и сама не знала, как нашла нужные слова, чтобы образумить брата.
