- Переговоры с парижской задницей... как его там... приказываю прекратить! Его допуск внутрь Горы является грубым нарушением утвержденной мною схемы безопасности. В расположении разрешаются только чеченцы! Вы слышите? Только чеченцы... Своих не хватает? Так я вам пришлю из Москвы карманных!
Бисултанов увидел, как Саид-Эмин помотал головой и пальцем вывел на полированной поверхности письменного стола слово "Нет".
- Лев Севастьянов тщательно проверен, - ответил Хаджи-Хизир, морщаясь из-за того, что "конвойный" начальник Желяков, то есть из внутренних войск, по сути из тюремной охраны, выламывается под полевого командира. - Мы продержали Парижанина три с лишним дня в гостевом доме, где он работал с документами... Последующий разговор показал, что Севастьянов верно понимает свою задачу и знает собственное место. Он специалист высокого класса. И опыта ему не занимать. Не думаю, что у вас в Москве такие найдутся...
- Нашлись бы, только доверия у меня ни к кому... Прохвост на прохвосте. Технологи... Финансовые, политические... Ваши в Москве не лучше, эти самые... Один ваш Тумгоев во что мне обходится со своими засранцами... Умники тоже, гуси-лебеди...
Уступи русским, учил Шамиль, и затащишь склоку в свой дом. Затягивая время и давая на другом конце линии выйти пару, Хаджи-Хизир спросил:
- Какой Тумгоев?
- А то не знаешь? Исакуленька ваш...
- Исса. Тумгоев Исса.
- Хуисса, - отклинулся Желяков, радуясь рифме. - Он самый!
- Вот видите, Желяков, мы поступили разумно, что привезли специалиста из Парижа. С семьей... Это надежная гарантия, я проверял. Севастьянов ради жены удержит язык за зубами. Он внушает уважение. И мы решили допустить его в Гору без черного колпака...
- У меня здесь и не таких хмырей обыскивают и водят с повязкой на глазах! Прямехонько из "Александер-хауза", обрати внимание, из этого... как его... кремлевского мозгового центра. Захочу, любой станет маршировать и приседание с оружием выполнять, только заплати!
- Ну хорошо, Желяков... Вы что же, предлагаете выпроводить Севастьянова на все четыре стороны после всего, что он видел? Я имею в виду документы, внутренне обустройство Горы и её расположение?
- Не следовало, Бисултанов, шевелиться без моего разрешения! Свободы захотели? С вашей хотелкой только с мамой Севастьянова разбираться... В чистом виде. Так что растворяйте его в небытии сами. Как вы это делаете, известно... Ха-ха! Не мне подсказывать. Головка в сугробике у обочинки... Или подослать подкрепление? Я там поблизости от вас тоже кое-что имею. Могу передвинуть километров на пятьдесят или, скажем, шестьдесят южнее. А то гаубичные стволы скорректировать по углу... У меня ещё есть... этот... как его... БОВ. Боеприпас объемного взрыва. Могу опустить с небес в случае нужды. Не желаете?
Предупредительность Желякова походила на крокодилью. Живоглот предлагал, что называется, поплавать вместе в болотной жиже, где царил. Давно стремился.
Саид-Эмин положил перед Хаджи-Хизиром свой блокнот с запиской: "Желяков дурак. И становится все опасней. Никаких его людей. Сворачивай разговор на эту тему. Переходи ко второй".
- Нет необходимости, Желяков, спасибо за помощь... Если понадобится, попросим. Теперь наш второй вопрос. Что насчет захваченного моссадовца? Проверили?
- Никакой это не Моссад! Наш это, отморозок с Лубянки, из экономической контрразведки, и шибко умный! Вола за хвост крутит! Ну, вы как дети... Вы, енть, малые дети! Кто может за границей знать про Гору, если её со спутника не просветишь, а объект известен только мне и вам, а? Смекаете: и вам тоже, а?
Бисултанов вопросительно посмотрел на Саид-Эмина, который согласно кивнул.
- Мы консультировались со ставропольским управлением эф-эс-бэ до запроса к вам...
- С кем именно оттуда?
Саид-Эмин покачал головой.
- Сейчас разыщу в блокноте фамилию, - сказал Бисултанов. - Сейчас, сейчас. Ищу... Ну, чтобы не терять время, пока ищу, буду рассказывать... Этот человек сказал, что сотрудников-евреев на Лубянке после шестидесятых вообще не наблюдалось. Захваченный нами иудей никак не может быть эфэсбэшником. В прошлом такие попадались как исключения, но иудеи лишь по имени, эти имена им давались в случае подготовки для работы в Израиле. В конце концов, тот, который нам попался, мог эмигрировать, и мы думали, что действительно Моссад...
- Вы думали! А этот, который все знает... кто именно вас консультировал?
Бисултанов взглянул на Хабаева и, увидев, как тот показал на себя пальцем, продолжил приторно:
- Извините, Желяков, ко мне в кабинет вошел господин Хабаев... Я уступаю трубку.
Желяков расхохатался.
- Небось подслушивал рядом...
- Здравствуйте, Виктор Иванович! - сухо сказал Саид-Эмин.
- Привет, Эминыч! Как жизнь пенсионерская? Завариваете кашу?
- Об этом позже, разберетесь с Бисултановым... Я по своему вопросу. Если арендную плату отправлю вам вперед за два квартала?
- Отчего щедроты?
