- Много на себя берете, - сказал я. - На самом-то деле я хотел выяснить, как это Шлайн завербовал Цтибора. Да стеснялся при вас... Я понятливый.
Две кружки с пивом ткнулись в мою.
Мы разобрались с ситуацией. Вот что это значило...
Цтибор Бервида, "служащий", отчего и не пользоваться этим термином, международной Специальной комиссии финансовых действий против отмывания денег, внедрившись в охрану какого-то комбината по отстирке грязных денег, сочившихся с Кавказа через Чечню, оказался втянутым в оперативные действия на территории России против агента её спецслужбы Ефима Шлайна. Совершил служебное преступление. Чтобы вылезти из дерьма, он прикрыл захваченного Шлайна наспех придуманной легендой-предположением, что Ефим - из Моссада, и взял у него для передачи мне, его коллеги, послание. Пусть мне рубят руку топором, если оба - Бервида и Камерон - не считают, что я из ефимовской же конторы.
Старикашка Праус, конечно, не работает с Цтибором в паре. Все-таки возраст. Он - контролер из отдела внутренних расследований Спецкомиссии. Ветеран. Опытный и хитрющий. Его задача - помочь Бервиде выпутаться из сцепления обстоятельств, чтобы избежать квалификации его действий как преступных. Хотя бы потому, что они партнеры по бизнесу в пивной "У Кехера".
Проще говоря, Цтибору Бервиде, Праусу Камерону и парочке в "Москвиче" с областными номерами плевать с высокой крыши на Ефима Шлайна и Бэзила Шемякина. Их единственная забота - как-нибудь отмыться от соучастия в захвате группой чеченцев агента российской спецслужбы, доказать, что оно случайное, заверить, что это-де ими осознано и они готовы оказать содействие для исправления происшедшего.
Только от воли Ефима зависело, останется попавшийся с поличным Цтибор Бервида агентом Спецкомиссии, или же Шлайн, которого он взял, будет свидетельствовать, что чех занимался шпионажем и принимал участие в банде, прикрывающей преступную финансовую группу на территории России.
Я допускал, что Праус Камерон держит в уме и вариант вербовки Бервиды Шлайном. Такие случаи бывают. Действительно, выходило, что попался не захваченный Бервидой Шлайн. Попался именно Бервида, захвативший Шлайна на шлайновской суверенной территории. А европеоиды - законники. В Спецкомиссии, я думаю, от них проходу нет.
Какие козыри ложились на руки!
- Мой ход в поддавки, - сказал я. - Сдаю всю партию.
- Выиграли, значит? - спросил Праус Камерона. - А какая ставка у нас? Что платить?
- Давайте договариваться, - сказал я.
- Итак? - спросил Праус.
- Я отлучусь в туалет, - предложил Бервида.
- Да бросьте жеманничать, Цтибор, - сказал я. - Если Праус не возражает...
- Он не возражает, - сказал Праус. - Вы говорите между собой, а я послушаю.
Он действительно представлял отдел внутренних расследований спецкомиссии. Когда я назову цену за ефимовский захват и расходы по его вызволению, Праус - разумеется, поторговавшись - утвердит согласие Цтибора. Если утвердит.
- Мои расходы по данному делу - это раз, - сказал я. - Во-вторых, выход на канал к Ефиму Шлайну. В третьих, суть вашей затеи в Чечне - в общих контурах, конечно... Все. Остальное, я думаю, Ефим Шлайн и сам разглядит внутри этой... Горы, как вы её называете.
- Ваш тариф, детектив? - спросил контролер Спецкомиссии Праус Камерон.
Спросил на засыпку. Назови я тариф, он решит, что я действительно частный детектив, а не кошу под него, стало быть, не государственный служащий, и тогда Праус попросит, чтобы я вывел их московскую парочку напрямую к шлайновскому начальству. А уж этого Ефим Шлайн совершенно не желал! Иначе написал бы записку не мне, а своим... К тому же я и не знал шлайновского начальства.
Причин, по которым Ефим не хотел ставить в известность сослуживцев, я видел две: он остерегался крота в Москве, о чем косвенно свидетельствовали усилия Виктора Ивановича, и пустился на Кавказ без санкции, о чем свидетельствовал сигнал в виде развернутых колес "Рено" на подвальной стоянке дома в Крылатском.
- Оплатите по нормам Спецкомиссии, - ответил я. - Подходит?
Праус Камерон пришлепнул ладонью по столу между кружками. Представляю, какие командировочные они огребали в своей конторе!
Мои финансовые дела, кажется, улучшались.
- По остальным вопросам просветит Цтибор, - сказал Праус. - Вы ведь не видели Праги толком? Отвезу-ка я вас с ним на Карлов мост, пройдитесь там, потом в гостиницу к джинсовому ковбою, да и в аэропорт. Вы торопитесь, Бэзил, я знаю...
9 марта 1994 года в башкирском городе Дюртюли глава местной администрации и заместитель председателя Верховного Совета Республики Башкортостан толкнул калитку своей усадьбы. Киллер грамотно закрепил растяжку между чекой гранаты Ф-1, заложенной под утрамбованной землей, и засовом. Гранату, как выяснили следователи, продали со склада боеприпасов Уфимского вертолетного училища за пару бутылок водки. Исполнителем заказа оказался прапорщик Уфимского отряда спецназа, оставивший на месте преступления следы крови.
