– Как видите, за вами большой грешок, – нахмурился офицер. – Не раскачивайте лодку, прошу вас. Покупатели должны покупать, компании должны зарабатывать и рынок должен расти. Сейчас политика государства направлена на предсказуемый стабильный рост акций, и нам ни к чему фантазии о свободе научных исследований, которые могут принести успехи, а могут и не принести. Да вы хоть понимаете, что у каждого десятого жителя куплены фьючерсы на рост рынка? Риски захеджированы, и даже малейшее падение акций год к году обнулит кошельки граждан с одной стороны и приведет к краху хедж-фондов с другой. Нет, второй Великой депрессии допускать нельзя. Для этого и существует наш отдел – чтобы бороться с подрывной деятельностью таких, как вы. Угощайтесь, кстати.
Олег неуверенно протянул руку и взял один крекер, поднес его ко рту и начал очень медленно откусывать по частям. Он послушался мелкого приказа, и теперь им проще было помыкать в остальном. Офицер знал свою работу.
– Но это моя профессия. – Олег сделал вид, что сопротивляется, но сама эта фраза давала понять, что он согласен пойти навстречу.
– Никто не заставляет вас менять работу, – спокойно сказал Смит. – Пишите и дальше про корпорации, про новые гаджеты и заводы, но только не критикуйте. Не сейте зерна сомнений в умах людей. Это может привести к Великой депрессии и взрасти потом гроздьями гнева.
Олег сидел неподвижно и ничего не ответил, поэтому офицер добавил:
– Поймите же, что есть вещи важнее свободы слова.
Разговор подошел к логическому концу, но как бы ни хотелось Олегу покинуть офис ФБР, он не до конца понимал, должен ли что-то подписывать или просто надо встать, пожать офицеру руку и начать жить иначе.
– А теперь встаньте, пожмите мне руку и начните жить иначе, – помог ему Смит.
– Раз уж у меня нет выбора… – ответил Олег, протягивая руку.
– Выбор есть всегда, – улыбнулся офицер. – Но вы же не хотите попасть под суд или стать иностранным агентом. А моя работа как раз заключается в том, чтобы вовремя вернуть вашу заблудшую душу в стадо агнцев божьих.
На этом они закончили.
Холодная февральская улица еще никогда не производила на Олега такое теплое впечатление – он осознал свою свободу. Его не арестовали и даже не выписали штраф. Он натерпелся страхов, но в конечном счете остался свободным человеком с работой, домом, красоткой-женой… Хотя отношения с Миланой и были далеки от идеальных, они оставались семьей и в тяжелые моменты могли надеяться на поддержку второй половинки. Олег хотел поделиться своими приключениями с любимой – глядишь, это поднимет его в глазах Миланы, которая постоянно встречалась с директорами компаний, главными редакторами журналов и конгрессменами. Конечно, обычный офицер ФБР не мог сравниваться с сильными мира сего, но это было лучше, чем ничего, ведь всю зиму Олег не общался ни с кем, кроме Хетти.
Помяни черта, он и появится. Когда Олег уже выехал на своем кадиллаке из города в сторону дома, ему позвонила Хетти. «Нет, только не сейчас! Не отвечай!» – мысленно кричал он. Удерживая одной рукой валкий руль шестиметрового корабля, он резким движение вынул телефон из кармана, но уронил его куда-то под ноги. Не в силах нащупать мобильник рукой, Олег вынужден был остановиться на обочине, но к этому времени звонок прекратился.
«Отлично! – подумал он. – Я все-таки смог помешать себе или это была случайность?»
Вопреки собственным ожиданиям, он решил перезвонить. Присев на массивный капот автомобиля, Олег нажал на последний звонивший контакт, но вызов не шел. Падение повредило что-то в смартфоне.
Его тринадцатому мэйфону шел уже третий год – целая вечность по меркам современного мира акций и ежегодных отчетов. Неактуальный дизайн смартфона как бы намекал, что его пора заменить, рассчитанные на короткий срок компоненты только и ждали момента, чтобы выйти из строя. А целая армия дизайнеров и маркетологов уже сделала эту модель позорным клеймом потерявшего связь с реальностью неудачника. Им надо, чтобы вы радовались покупке гаджета всего один час, а потом снова мечтали о новом, как запрограммированные корпоративной эволюцией существа.
Эволюция – постепенное развитие вида в течение тысяч лет. Метаэволюция – развитие внутри одного поколения, здесь и сейчас, ведь бизнес не может так долго ждать… Годовые отчеты, фондовый рынок, Великая не-депрессия…
Олег записывал мысли, стоя на обочине ведущей из Балтимора дороги. Ему запретили вести блог, но не запретили думать. Это сейчас им так легко помыкать – подумаешь, никому неизвестный блогер. Но когда он допишет книгу, когда она станет бестселлером, с Олегом придется считаться. И даже если его после этого объявят иностранным агентом, это лишь сделает ему дополнительную рекламу. Дело оставалось за малым – закончить рукопись.