Руководителем осмотра места, где обнаружили голову, губернатор Берг назначил себя самого.
– Вообще-то я прекрасно знаю эту часть Шпицбергена, – с довольным видом заявил он, – мимо Птичьего мыса я часто проезжаю на снегоходе. Дальше на Кросс-фьорде у меня есть домик. Правда, доехать так можно только зимой, когда пролив замерзает.
– А вы не хотите присутствовать на допросе туристов с «Белого медведя»? – Люнд Хаген попытался уговорить Берга остаться в Ню-Олесунне, но тщетно.
– Нет, я поеду на Птичий мыс, – решительно заявил губернатор, положив таким образом конец этой беседе.
Сразу после обеда следователи вылетели на место. На дорогу из Ню-Олесунна до Земли Принца Карла вертолёту понадобилось всего несколько минут. На борту были два криминалиста, а также Турбьёрн и Кнут. Полицейские взяли с собой ящики с оборудованием, и им нужна была помощь при разгрузке. К тому же никого больше на Птичьем мысу не было, и Люнд Хаген посчитал (хотя вслух об этом и не сказал), что у полевых инспекторов есть опыт работы, который вполне может пригодиться.
Вертолёт приземлился на длинном плоском участке пляжа, чуть вдали от захоронений. Выбрав для посадки это место, они пришли к компромиссу: с одной стороны, полицейским хотелось сократить расстояние, чтобы не очень далеко тащить тяжёлые ящики, а с другой – не хотелось нарушать правила, запрещающие приближаться к месту расследования.
Выпрыгнув первым из вертолёта, губернатор Берг принялся заряжать ружьё. Как только оборудование было выгружено, вертолёт поднялся в воздух и исчез в небе над фьордом. Оглушительный шум пропеллеров сменился тишиной. Пятеро полицейских огляделись, вслушались в плеск волн и птичьи крики и поняли, что остались одни. Во всяком случае, на несколько часов.
Карлсен и Тведт вдруг почувствовали какую-то неуверенность: впрочем, совершенно беспричинную – ведь снаряжение вполне позволяло им отправиться даже в долгую экспедицию. Однако по сравнению с этим пустынным местом Ню-Олесунн показался им вдруг надёжным и цивилизованным городом. Здесь не принимали мобильники, другой связи не было, и случись что – помощи ждать было неоткуда. «Может, не зря губернатор приехал с нами, – подумал Карлсен, – ведь, судя по всему, опыт у него есть». За крутым склоном захоронений было не видно. Хотя криминалисты заранее изучили карту местности, они по-прежнему окончательно не решили, с какой стороны подойти к расследованию.
Что будет правильнее – сосредоточиться на разорённой могиле или уделить больше времени поискам тела? К тому же надо было постараться и ничего не нарушить, ходить здесь им всё равно придётся, а значит, они могут уничтожить следы.
Обязанности они не распределяли, но Кнут и Турбьёрн решили, что помогут разбить лагерь.
– Палатку будем ставить так, чтобы расследованию не мешать, верно? – уточнил Турбьёрн, поднявшись на склон у берега. – Тогда, может, где-нибудь между могилами и домиком? Оттуда видно и берег, и то место, где нашли голову.
Карлсен кивнул, и инспекторы принялись таскать ящики и мешки. Вскоре они уже поставили просторную палатку и отнесли туда раскладные стулья и столики. Турбьёрн, который с детства привык гулять по горам, распаковал примус и налил воды в котелок, который захватил в Ню-Олесунне. Он даже спрашивать не стал, хотят ли все остальные кофе, – Турбьёрн давно усвоил, что, работая «в поле», пьют либо кофе, либо воду. Так что чай он с собой даже не брал.
Остановившись возле палатки, криминалисты пытались решить, откуда начинать работу.
