Еще одна ночь без принуждения. Утром она проснулась от запаха жаренных тостов. Вставать в новый день не хотелось. Болела голова и колено. Во рту пересохло. Умывшись, Шерил доковыляла до кухни. Рядом с тарелкой тостов лежала записка и деньги.
Будешь уходить, захлопни дверь. Деньги на такси.
Денег хватило бы на пару поездок вокруг города. Какая щедрость. Хочу домой, подумала Шерил. Не притронувшись к тостам, она выудила из сумочки телефон, вызвала такси. Ни секунды лишней находится в этой квартире не желала. Было не по себе, от мысли, что Макс может вернутся в любой момент.
Душный, спертый воздух обволок Шерил, стоило ей открыть дверь в свою квартиру. Диван, накрытый клетчатым пледом, книжный шкаф, полный зачитанных книг, ковер с простеньким геометрическим рисунком. Все те вещи, что раньше казались родными и уютными теперь выглядели старыми и потрепанными. Картина с пейзажем, которую Шерил нарисовала прошлым летом, после художественных курсов, и которой она так гордилась, сейчас смотрелась как неумелый детский рисунок. Она сама себе стала казаться старой и потрепанной.
Как жить, следуя советам своих родителей и учителей, с высоко поднятой головой? Как уважать себя, когда любой сильный мужик с пистолетом может взять твое тело когда захочет, невзирая на твои чувства и не замечая твоей высоко поднятой головы? Где взять силы, что бы продолжать ползти дальше по этой жизни?
Стоп. Куда меня понесло. Не следует мне пить алкогольные напитки. Похмелье точно не способно помочь справиться с проблемами, хмыкнула Шерил. Пошарив в сумочке, Шерил достала аспирин. И мобильный телефон. Выключенный. Не иначе как села батарейка. Сейчас все исправим. Вряд ли Макс звонил мне утром, разумно предположила она, если он побрезговал мной пьяной, то девушку с похмелья он точно не захочет видеть возле себя. Может, стоит напиваться каждый день, чтобы на уровне инстинктов закрепить его отвращение ко мне?
После душа Шерил почувствовав себя готовой что-нибудь съесть. По пути на кухню она попыталась включить подзарядившийся телефон. Телефон не включился. Шерил сделала несколько попыток. Телефон не включался. Сердце девушки учащенно забилось. В ногах появилась слабость. Так, рано паниковать, сказала вслух Шерил, этот гад точно не будет искать меня с утра.
С утра может и не будет, но как можно скорее необходимо заставить телефон работать. Шерил бросилась к ящику – копилке ненужных гаджетов. Всегда есть вероятность, что шнур поврежден, и телефон просто-напросто не смог получить свою порцию электричества.
В ящике, как и у большинства современных людей, скопились не одно зарядное устройство. Она вытащила комок запутанных проводов, адаптеров, наушников. Из комка с приглушенным стуком вывалился на пол незнакомый мобильник. Шерил с недоумением какое-то время вертела его в руках, пока не вспомнила. Это же телефон ее начальника. Вполне себе рабочий. Шерил и его поставила заражаться. На всякий случай. Сим-карту при необходимости можно будет и переставить.
К счастью оказалось, что с ее мобильником все в порядке. Пропущенных звонков не было. Шерил смогла вздохнуть спокойно.
Потянулись пустые дни ожидания.
Позвонила Лара. Разговор получился натянутым. Лара разрывалась от преданности подруге и боязнью за свою жизнь и жизнь своего мужа. Артем, как ни пытался, ничего не смог сделать. Надавить на Соболевского не получилось, а вышло с точностью наоборот. И Артему и его отцу явно дали понять люди из госсистемы, что продолжительность их свободной жизни обратно пропорциональна их любопытству.
– Спасибо, вы сделали, что могли. Передай Артему, пусть забудет про Соболевского. Я справлюсь.
– Шерил, ты уверенна, что он тебе не навредит?
– Не думаю, что мне будет хуже, чем сейчас.
– Мне так жаль.
– Не плачь. Все уладиться. Пока нам не стоит встречаться.
– Но почему? – удивилась Лариса. – Он, что, собирается полностью контролировать твою жизнь? Запретил видится с подругами?
– Хочу, чтобы он забыл про ваше существование. Если не будет напоминаний о вас, то, возможно, он сам и не вспомнит, если захочет на меня надавить. С этого дня я сама буду тебе звонить. Как только не дам о себе знать несколько дней подряд, можешь идти в полицию.
Лара разрыдалась в трубку. Вытирая выступившие слезы, Шерил нажала отбой.
Назревала другая проблема. Заканчивались деньги. Нужно было срочно искать работу. Как к этому отнесется Соболевский? Прошло пять дней, он не давал о себе знать. Может, он выкинул меня из головы, допустила Шерил, а я своим звонком только разворошу пчелиный улей? Она попыталась припомнить тот неприятный утренний разговор, было ли там условие о работе? Насколько помнила Шерил – нет. В любом случае, зарабатывать себе на жизнь – ее законное право. Поиски работы начались с объявлений в Интернете.
