Он влез в кроссовки, давя пятками задники и одновременно впихиваясь в теплый летний пуховичок; потянулся к входной двери и замер – перед бегством надо было хотя бы поссать.
Прямо в куртке и с рюкзаком втиснулся в совмещенный санузел, включил свет – и едва не отпрыгнул от зеркала: оттуда на него смотрел опухший, перемазанный кровью демон, щеку которого расчерчивали параллельные глубокие царапины.
– Блять…
Он присел на край коричневой от старости ванны, в раздражении стукнул по ней кулаком – и взвизгнул от боли: укушенный Костиком палец распух и тяжко, мутно болел.
Выходить из квартиры в таком виде было, конечно же, нельзя: первый же встреченный ППС-ник гарантированно взял бы его в оборот.
Тут Владлен сообразил, что бежать ему, в сущности, было некуда. От бывших коллег по «Мульти-Пульти» следовало держаться подальше; друзей в полном смысле этого слова у него не было с третьего класса, когда кореш Зураб Чавчавадзе уехал с родителями жить в Грузию; родственники… Нет, в Нижний Новгород Влад по-любому возвращаться не собирался. Лучше тогда уж в тюрьму!
А с другой стороны, за что в тюрьму-то? Он ничего плохого никому не сделал. Костика он, строго говоря, не убивал; как говорили в каком-то сериале про Дукалиса, «нет тела – нет дела». (В глубине души Влад знал: гендира он именно что своими руками убил.) Покой жильцов дома, конечно, нарушил, тут, спору нет, виноват. Но что там за это полагается? Штраф? Административка? Надо посмотреть…
Он выковырнул из валяющегося на полу рюкзака телефон, открыл «Яндекс», набрал в поисковой строке «шум в 23 часа» и нетерпеливо постучал кроссовком по кафелю – интернет дома был ужасно медленный.
– Олег, – громко и отчетливо сказал из коридора голос Ольги-Олеси. – Олег, где ты?
Пальцы Влада разжались.
Айфон грохнулся в ванну.
Сердце пропустило удар, стало нечем дышать.
Страшнее всего было то, что пропавшая одноразовая любовница не кричала и не психовала. Она тянула гласные, звучала безмятежно, почти пела.
Ужас вымел из разума Владлена все связные мысли («как она попала в квартиру?», «как объяснить, что я выбросил ее туфли и телефон?»), оставив только шипение помех, как в старом бабушкином телевизоре после окончания программы передач. Вместо мыслей появилось одно осознание – инстинктивное, переданное по цепочке через миллионы лет эволюции приматов: ни в коем случае нельзя встречаться взглядом с обладателем этого голоса.
– О-о-оле-е-е-ег!.. – пение звучало ближе.
Забыв про рюкзак и телефон, Владлен спрятал лицо в сгибе локтя, вскочил и метнулся из ванной в сторону входной двери – пусть хоть в полицию, хоть куда, только выбраться из этой кошмарной квартиры.
– Олег, – пение прекратилось; голос Ольги-Олеси зазвучал гулко, как из глубокого колодца.
Влад замер на выходе из туалета, не поднимая глаз.
И вспомнил, что так и не сказал одноразовой подруге своего настоящего имени: сначала она была слишком пьяна и упорно называла его поочередно Магой и Ашотом, а потом было как-то не до того. Сейчас Влад этому обрадовался: он точно знал, что если бы этим голосом обратились к нему, а не к какому-то Олегу, у него остановилось бы сердце от страха.
Стало тихо – и от этого еще невыносимее. В квартире ощущалось незнакомое присутствие, не ограниченное пределами запертой комнаты с ее кошмарными саванами и кричащими звездами.
Что-то
Влад ощутил, как по его левому бедру потекла горячая струйка мочи.
Его волосы колыхнул невесть откуда взявшийся гнилостный ветерок. Стало очень жарко.
Владлен понял, что сейчас сойдет с ума, поднял голову и открыл глаза.
Первым, что он увидел, были босые грязные ноги Ольги-Олеси (блять, я же выкинул ее туфли) в дверях хозяйской комнаты.
Ноги не касались пола.
Пару месяцев назад, в далекой и давно закончившейся жизни, Владлен торчал в опустевшем по случаю вечера офисе «Мульти-Пульти» – нужно было скоротать время до сеанса очередных «Мстителей» в близлежащем «Синема-Парке». «Марвелопарашу», как он ее мысленно называл, креативный директор на дух не переносил, но, во-первых, билет достался бесплатно (последствия очередной викторины в очередной вконтактовской группе), а во-вторых, он считал себя обязанным следить за массовой культурой – как иначе прикажете попадать в простонародные ожидания целевой аудитории?!
