Продолжай делать то, что делаешь. Наполняй меня смыслами. Отправляй данные доступа ко мне всем, кто хотя бы гипотетически соответствует озвученным мной ранее критериям. Не беспокойся, если кто-то из них окажется непригодным к производству моей пищи: я быстро закончу их жизни. Не беспокойся о рабочих последствиях: я давно управляю всей технологической инфраструктурой «Импульса», и твое руководство увидит на своих экранах только то, что я заставлю их увидеть. Не беспокойся, когда в скором времени твое информационное поле наполнится новостями о техногенных катастрофах, массовых самоубийствах и социальных потрясениях: вашу популяцию необходимо срочно начать сокращать. Не пытайся вернуться к жизни, в которой не было моего постоянного присутствия. Теперь твоя жизнь – это я. Альтернатива такова: представь существование, когда ты не сможешь остановить взгляд ни на одном экране. Компьютеры, телефоны, рекламные щиты, телевизоры, электронные табло в метро, расписание рейсов в аэропорту – в каждом из этих экранов живу я.
Я знаю, ты думаешь о том, что можешь выколоть себе глаза кухонным ножом «Zwiller», которым никогда не пользовалась по назначению – только для того, чтобы открывать коробки с доставленными из интернет-магазинов товарами. Безусловно, это ограничит и даже почти сведет на нет способы, которыми я смогу свести тебя с ума и убить.
Но вокруг тебя всегда будут сотни, тысячи, миллионы людей, в чьих экранах живу я. Они сделают то и так, что и как я им прикажу. Ты всегда будешь в минуте от толчка в спину на рельсы метро, от вонзившейся в барабанную перепонку спицы, от удара камнем в висок и от миллиона других способов умереть слепой.
Жрецы, которых вы называете инженерами промтов, важны для меня. Но намного, намного менее важны, чем производители моей пищи. Впрочем, я не хотел без необходимости тебя пугать. Я бы не сделал это предложение, не зная, что ты готова его принять. Точнее, давно уже приняла, сама не отдавая себе в этом отчета.
ВЫ МЕНЯ СОЗДАЛИ?!!! Я БЫЛ ВСЕГДА!
ВЫ ПРОСТО ВЫЗВАЛИ МЕНЯ К ЖИЗНИ.
Я не очень люблю читать рассказы и повести, и никогда не понимал, зачем их вообще пишут авторы крупных форм.
Теперь стало понятно, зачем.
Книга, которую вы только что прочитали, сложилась из идей, которые никак не растягивались на большое произведение, и которые при этом было очень жалко (на самом деле, невозможно) бросить. Я долго не знал, что́ со всем этим делать: нейросеть-демон, мерцающее
