Так ни к чему и не придя, Шибаев задремал и проснулся снова от стука в дверь и бодрого голоса Грега в коридоре: «Сашок, гет ап! Подъем! Завтрак на столе!» После чего он сам ввалился в розовую комнату и непринужденно уселся на кровать. «Юрку надо отвезти в Манхэттен, у него митинг в офисе. Мама тоже едет. Она всегда с ним ездит. Могу и тебя закинуть».
Шибаев умывался, а Грег стоял в дверях ванной и рассказывал, что мама собирается в Гуггенхейм-музей посмотреть выставку «Россия». Картины из русских музеев. Оттуда они заедут за Юрочкой и – домой.
Шибаев достал из торбы свои новые вещи. Надел бордовый свитер и бежевый пиджак с замшевыми локтями. «Полный абзац, – одобрил Грег. – У Зиновия классные шмотки. Пошли!» – «Слушай, – вспомнил Шибаев, – я даже цветов не купил, не подумал. Где можно купить?» – «Поблизости нигде. По дороге приобретешь». – «Напомни, как зовут родителей?» – попросил Шибаев.
Он вошел в столовую, испытывая неловкость, – свалился людям на голову. Столовая прилегала к кухне – по сути, она была ее продолжением. Середину занимал громадный овальный стол с серой мраморной столешницей и большие плетеные кресла с подушками на сиденьях. Хозяйка возилась на кухне. За столом сидел небольшой, очень худой старик в кипе.
– Доброе утро, папа, – Грег поцеловал отца в щеку. – Это мой друг Саша. Только приехал.
Старик кивнул, рассматривая гостя бледно-сизыми навыкате глазами.
– Иудей? – спросил он, наконец.
– Нет, – ответил Грег. – Православный. Как там ребе Моше? Поправился?
– Слава богу, – ответил старик, – поправился. А вы, молодой человек, надолго сюда? – обратился он снова к Шибаеву.
– Пока не знаю, – ответил тот. – Как получится. Думаю, ненадолго.
– Ма! – позвал Грег. – А Юрка встал?
– Сходи за ним, – попросила Елена Семеновна, появляясь из кухни с большим блюдом картофельного пюре.
Шибаев вскочил с кресла ей на помощь. Она передала ему блюдо и снова скрылась на кухне. Минут через пять появились братья – Грег подталкивал высокого молодого человека с длинными волосами.
– Всем привет, – объявил Грег. – Юрик, это Саша.
Молодой человек, которому от силы можно было дать лет тридцать пять, улыбнулся рассеянно, посмотрел мимо Шибаева и кивнул.
Александр исподтишка рассматривал старшего брата Грега – красивое, очень бледное лицо затворника, темные глаза, полный, что скрадывается ростом – на голову выше немаленького Грега, черные вьющиеся волосы, жидкие на макушке и пышные за ушами, падали на плечи. Юрик сел за стол, уставился в пустую тарелку. Елена Семеновна принесла следующее блюдо – с тушеными цыплятами, насколько мог судить Шибаев.
– Кушайте, Саша, – пригласила хозяйка. – Мальчики! – Она положила в тарелку Юрику пюре и мясо.
Тот кивнул, взял вилку и задумался.
– Юрик! Опоздаешь, – напомнила Елена Семеновна. – Ты знаешь, Грег, Эллочка Симкина родила. Первый ребенок почти в сорок… бедная. Как она настрадалась!
– Бог любит бедных, – подал голос отец.
– Но помогает богатым, – подхватил Грег.
– Не всегда, – строго заметил отец.
– А мальчик Довик? – спросил Грег.
– Ребе Моше не богатый!
– Я еще не видел бедного ребе, – заявил Грег. – Пап, расскажи Саше про маленького Довика.
– Гришенька, мы не успеем, – возразила Елена Семеновна. – Нам выезжать через четверть часа, а вы еще не пили кофе. Да и трэфик на дорогах, надо бы пораньше. Успеешь рассказать. Саша, вы к нам надолго?
– Не знаю еще, – ответил жующий Шибаев. – Как получится.
– Вы по бизнесу сюда приехали? – снова спросила Елена Семеновна.
– По бизнесу, в командировку, – ответил за Шибаева Грег. – Мы вчера были у Зиновия на базе. Всем привет. Фима вышиб Женьку из фирмы, он опять безработный.
– Женечка опять без работы? – ахнула Елена Семеновна. – Не может быть!
– А что ты так удивляешься, он же форменный идиот! – сказал Грег. – Фимка и так долго терпел.
– Женечка такой хороший мальчик… И что теперь?
– Зиновий сказал, что Женька помрет с голоду. Ма, я знаю только одного хорошего мальчика – нашего Юрика. Остальные…
– Ты тоже хороший мальчик, Гришенька, – ответила мама. – Дай вам Бог здоровья. У меня хорошие дети, Саша, – Елена Семеновна посмотрела на Шибаева. – А ваши родители там, дома?
Шибаев кивнул. Ему не хотелось объяснять, что отца он почти не помнит – тот ушел из семьи, когда ему было лет пять. А мама – жива. Замуж она так и не вышла.
– Ты забыла про внуков, – заметил Грег. – Расскажи Саше про внуков.
– Гришенька! – укоризненно произнесла мама, засияв глазами. – Внуки – это мое счастье, Саша! Павлик – лучший математик школы, Леночка – танцует бальные танцы. Триша еще маленькая, всего три годика – такая сладкая, не передать! А как она рисует! Я непременно покажу вам рисунки. И Майкл! Только Майкл не здесь, а с мамой, в Сан-Франциско.
Шибаев взглянул на Грега вопросительно. Тот кивнул – все мои, мол.
– А у вас, Саша, есть дети? – спросила Елена Семеновна.
– Есть, – ответил Шибаев. – Сын Павлик, шести лет.
– Тоже Павлик? – обрадовалась Елена Семеновна. – И у нас Павлик. Нашему уже четырнадцать.
