Таня ушла к себе в кабинет для раздумий. Нужно было принимать решение, а оно-то как раз и не хотело приниматься. Ей было очень жаль эту девочку, которой оказалось всего восемнадцать лет от роду, а она уже ждала ребенка! Она сидела в кресле и думала, откинув голову на спинку. Вопросы плавали в голове не находя ответа.
– Ангел мой, Эрлиан! Слышишь ли ты меня? – вдруг вслух сказала Таня. – У меня сложная ситуация с младенцем. Очень плохие показатели крови. Я не знаю, что делать! Я хочу, чтобы молодая мама не потеряла его и сама осталась жива. Ей мы можем сделать кесарево сечение, а вот ребенок! Очень хочется сохранить и его. Я знаю, что такое потерять ребенка!
– Я здесь! Я с тобой! – тут же откликнулся ОН. – Когда Душа вселяется в младенца, это происходит во время первого шевеления плода, а ваш ребенок уже получил свою Душу, ты должна общаться с его Душой сама. Спроси у Нее, что ты должна сделать для его спасения?
– А разве я могу? У меня может получиться? – удивилась Таня.
– Ты же общаешься с кровью и получаешь ответы на свои вопросы. Вот и у Нее спроси сама.
– Но для этого я облучаю кровь, посылаю ей низкочастотный импульс, и только потом получаю ответы. А как нужно поступить с беременной женщиной в данном случае, не понимаю.
– А ты попробуй сделать все по той же схеме. Помести свою роженицу в камеру, которую ты только что получила в свою клинику и пошли микро импульс с вопросом. Ты должна получит ответ.
– Но мы сами еще не очень разобрались с новой техникой и я не очень понимаю, как я это должна сделать?
– Спроси у своего друга. Он подскажет.
Таня бросилась к телефону. Андрей на той стороне трубки ответил сонным и недовольным голосом:
– Але! Кто это такой сумасшедший звонит в такое время? Вы на часы смотрели?
– Нет! Не смотрели! Нам не до времени! Андрюха! Срочно нужна твоя помощь! – Татьяна кричала в трубку. – Ты в этих новых МРТ что-то понимаешь? Мы получили и не успели толком разобраться, а тут такой случай! Не знаю, что делать! По плану я должна подключить к нему твой прибор, тогда он будет через МРТ работать с диапазоном на все физическое тело. Но я одна не справлюсь! Извини, что разбудила! Помогай!
– Да от твоих воплей мертвый проснется. Хороша, я сейчас к тебе приеду. К утру буду. Всего, ничего – пятьсот километров.
Тут дверь в кабинет резко открылась и влетела перепуганная женщина. Вид у нее был, как у сумасшедшей. Всклокоченный и нервный. И лицо красного цвета.
– Боже, мой! Доктор! Вы должны ей помочь! Должны!
– Минуточку, женщина, кто вас сюда впустил?
В кабинет впрыгнула медсестра. Вид у нее тоже был перепуганный.
– Мы ее не пускали, Татьяна Евгеньевна! Но она танк! Прорвалась!
– Так. Все успокоились! Вы кто? – спросила Таня и встала с кресла.
– Я мама той девочки после аварии. Светлана Сергеевна. Доктор! – взмолилась она. – Честно! Что с ней? Только честно! Я должна знать чистую правду! Она выживет? А ребенок?
– Светлана Сергеевна. Вам лучше присесть. У меня к вам есть вопросы, прежде чем мы будем принимать решение.
Мама уселась в кресло и с вопросительным выражением на лице стала пристально смотреть на Таню.
– Дело в том, что у вашей дочери, скажем так, не очень хорошие анализы. В истории ее жизни было искусственное прерывание беременности? То есть аборт.
– Ну, что вы, доктор, она же еще очень молодая! – удивилась Светлана Сергеевна. – Она год тому назад только вышла замуж.
– Наши анализы показывают, что у вашей дочери минус резус фактор. Вы об этом знаете?
– Нет! Я вообще не очень в курсе про ее анализы!
– Как это так! Сегодня все мамочки с резус минусом учтены и стоят у нас в картотеке. Поликлиники тут же сообщают нам об этом. У вашей дочери беременность на восьмом месяце, а вы, мало того, что не знаете, какая кровь у вашей дочери, но еще и как в пещерном веке, не прослеживаете течение беременности! Это же кощунство! У нее обнаружились следовые антитела. А это может быть только в том случае, если при ее минусе она имела контакт с плюсовым партнером и была беременна от него.
– Вы хотите сказать, что мая дочь действительно делала аборт?
– Именно это я и хочу сказать! Так показал анализ крови. В том случае, если отец ребенка и сам плод были резус положительными, в крови вашей дочери после аборта могли остаться следы этого резуса, то есть следовые антитела.
– Боже мой! И что же теперь делать? – всплеснула руками Светлана Сергеевна.
– Давайте так. Сейчас мне должны принести рентгеновские снимки и мы посмотрим, есть ли повреждения плода внутриутробно, есть ли внутренние кровотечения в результате разрывов внутренних органов у матери и будем принимать решение.
– Доктор! То есть, на сколько я поняла, вопрос стоит в том, кому из них сохранить жизнь?
