Альт Ратгор снова заворочался. Губы беззвучно зашевелились. Движения выдавали проникшее в сон беспокойство.
– Йорам! – повторила я и снова рассмеялась.
Мне в голову пришла превосходная мысль. Почему бы и нет? Раз я могла воздействовать на сны Андре, значит, сумею и сейчас.
Я устроилась над беспокойно вздымавшейся грудью альт Ратгора. Сосредоточилась, как делала это прежде. И настроилась на его сон.
Сейчас он был целиком и полностью в моей власти. Я контролировала его сновидения. Держала сознание в своих бесплотных руках. Сжимала его в кулаке. И упивалась этим моментом.
– Помнишь меня, Йорам? – ласково позвала я.
И по реакции сразу же поняла: он слышит меня. И помнит.
– Не думал, что я стану приходить к тебе в снах? – продолжала нашёптывать я. – Или всё-таки думал? Скажи, Йорам, тебя не мучили угрызения совести? Хотя бы самую малость? Хотя бы в самые глухие ночные часы?
Он ворочался, стонал, извивался, но объятия сна держали крепко, а я не собиралась выпускать его сознание. Опять рассмеявшись, я стала отправлять в сон альт Ратгора одно видение за другим.
Их было три. Сначала я предстала перед ним в образе жертвы. В грязной, изорванной одежде, лоскуты которой беззащитно трепетали на холодном ветру. С израненным телом, покрытым синяками и корками запекшейся крови. С безнадёжно спутавшимися волосами и взглядом, полным отчаяния.
Видение исчезло, чтобы сразу смениться новым. Теперь я была в красном платье откровенно вызывающего оттенка, с открытой шеей, голыми плечами и глубоким вырезом, так и притягивающим к себе мужской взгляд. Я смотрела на альт Ратгора призывным взглядом искусительницы, дразня и совращая, а губы кривились в порочной усмешке.
Ещё мгновение, и картинка вновь поменялась. Теперь я шла вверх по дороге, постепенно поднимаясь на вершину холма. Вокруг клубился туман, его клочья ласковыми щенками льнули к моим ногам. Я шагала вперёд, и длинное чёрное пальто развевалось за моей спиной. Лицо было отрешённым, голова высоко поднята, ноги в высоких сапогах твёрдо ступали по земле. Ни косметики, ни украшений, ни даже цветных тканей в облачении. Всё это было ни к чему. Потому что я несла с собой месть.
Едва это, последнее, видение отпустило альт Ратгора, как он с громким криком проснулся и вскочил на кровати. Облегчённо выдохнул, осознав, что это был всего лишь сон. Тихо выругавшись сквозь зубы, вытер пот со лба. И потянулся рукой к свече, чтобы посмотреть, который час.
И в этот момент я громко расхохоталась.
Альт Ратгор подскочил на месте и, ещё не успев полноценно прийти в себя спросонья, позволил страху отразиться в своих глазах.
– Стража! – рявкнул он.
Два охранника вбежали в комнату практически мгновенно. Но что они могли сделать против меня? И я продолжила от души смеяться.
– Где она? – крикнул альт Ратгор. – Как смогла сюда пробраться? Все будете уволены, если не хуже!
– Кто «она»? – непонимающе переспросил стражник.
Второй выразительным взглядом поддержал сослуживца.
– Та, которая проникла в мои покои! – яростно воскликнул маг. – Та, которая смеётся!
Но вот беда: стражники не слышали моего смеха. Они стояли, переминаясь с ноги на ногу и кидая друг на друга недоумённые взгляды. Я развеселилась пуще прежнего.
– Лучше отправь их восвояси, альт Ратгор, – посоветовала я, отсмеявшись. – Не то, чего доброго, примут тебя за сумасшедшего. И будешь ты до конца жизни отсиживаться в лазарете для душевнобольных.
Но маг уже и сам понял, что толку от стражей не будет. Пограничное состояние между сном и явью отпустило его, позволяя взять себя в руки. Он раздражённо приказал стражам убираться вон.
– Кстати, Йорам, а не сошёл ли ты с ума? – светским тоном поинтересовалась я. – Может быть, и правда нет никакого голоса? И всё это – плод твоего больного воображения, воспалённого хронической усталостью и подавляемыми угрызениями совести?
– Кейра, – хрипло констатировал альт Ратгор, игнорируя мои последние слова. – Это ты.
– Я, Йорам, – не стала отпираться я. – Не ожидал, что я вернусь, чтобы с тобой поболтать?
– Как такое возможно? – Он подошёл к столику – не рабочему, второму, на котором стоял графин, и плеснул в кубок какого-то жёлтого напитка. – Ты ведь умерла. Я сам...
– Что «сам»? – насмешливо спросила я. – Сам меня убил?
– Сам убедился в том, что твоя душа покинула тело. – Бокал заметно подрагивал в его руке, и альт Ратгор со злостью поставил его обратно на столик. – Так ты не умерла?
– Умерла, Йорам, – заверила я. – Конечно же, умерла. Но ради того, чтобы поговорить с тобой, не грех вернуться с того света. Ты так не считаешь?
Тиканье часов напомнило мне о стремительно уходящем времени. Не стоит задерживаться в состоянии стазиса дольше, чем это необходимо. Хотя ради такой встречи стоило умереть во второй раз.
– Ты основательно мне задолжал, альт Ратгор, – сказала я, перемещаясь ближе к окну. – И тебе придётся вернуть долг.
– Что ты имеешь в виду? – нахмурился он.
Хотя, конечно же, прекрасно меня понял.
– Приходи через три дня, как стемнеет, ко мне на могилу, – предложила я, прежде чем выскользнуть в окно. – Тогда и поговорим.
