Гигиенические принадлежности. Гребень, несколько кусков мыла, крохотное металлическое зеркальце, краска для волос, полотенце, утка. Последнее собенно актуально. Алаис читала, что моряки справляли нужду прямо с борта корабля, единственное, ориентируясь по направлению хода и ветра, чтобы не забрызгало. Она, по понятным причинам, так сделать не могла. Будет все совершать в каюте… если ей предоставят каюту, а не место в общем кубрике. Читала она романы Джека Лондона. Каюта для капитана, первого помощника и, кажется, доктора. Всё.
Остальные – гамак и общий зал. Так что Алаис на всякий случай приобрела и гамак, и нечто вроде занавески. Как прицепить – разберемся, но хоть какое-то уединение будет. Все это было плотно скатано в тючок, который можно прицепить за спину. И – гарола.
Все, больше у нее ничего нет.
Разве что пояс на теле и зашитые в него монеты и ценности.
Ах, не ценила она когда-то пластиковые карточки. Вот как тут быть, если в любой момент тебя могут лишить всего? Начиная с денег и кончая жизнью? Здесь правит закон силы. Клыка и когтя. То ли дело милый добрый XXI век, когда кругом полиция, когда преступники чего-то да опасаются, а свое состояние можно перевести просто через компьютерные сети. Хоть на Каймановы острова, хоть лично каждому кайману.
Ладно!
Выбора все равно нет, разве что вернуться к мужу. Черти б его побрали!
Алаис посмотрела в окно и от всей души, вот сколько у нее нашлось сейчас сил и вдохновения, пожелала Таламиру погибнуть смертью безвременной.
Мучительной и жестокой.
И стыдно ей не было.
– Моя королева…
Тихий шепот в алькове, сплетенные в порыве страсти тела, жемчужный отблеск глаз под приспущенными веками…
– Да… о да!
Одно из тел принадлежало королеве. А вот второе…
Что может позволить себе королева?
Многое, очень многое. Она может быть жестокой, коварной, властной, развратной, алчной, деспотичной… Она даже налоги может повышать каждый год и любовников менять каждый день.
Чего она себе не может позволить?
Быть посмешищем.
А Таламир ее выставил именно что на посмешище. Вассал, от которого жена сбежала, смешон и нелеп. И ладно бы он нашел Алаис!
Эта девка умудрилась так спрятаться или удрать, что найти ее не могли всеми силами стражи и гвардии! Над Антом смеялись, а заодно начинали смеяться и над королевой.
Какая-то скотина бросила шуточку, мол, герцогиня удрала потому, что не хотела оказаться в постели между королевой и герцогом… язык бы вырвать сволочи! За смешки за спиной, шуточки… Таламира пришлось изгнать из монаршей постели и заменить графом Артьеном. Который сейчас и старался не за страх, а за совесть.
И добился своего.
Тело королевы вздрогнуло, женщина прикрыла глаза и протяжно застонала.
Несколько минут любовники были неподвижны. Потом ее величество открыла глаза и потрепала любовника по щеке.
– Ты был великолепен…
– Ваше величество, вы словно звезда на небе, вы озарили мою жизнь, как пролетающая комета…
Астроном…
Лидия чуть поморщилась.
Таламир такими пошлостями не страдал, да и в постели был получше, но… Пока сойдет и граф. А Таламир…
С глаз долой – из сердца вон – этот принцип действует и на королевские дворы. А посему…
– Это опала?
Таламир сверкал глазами, но королева и бровью не повела.
– Нет. Это забота.
– Забота?! Выгнать меня и заменить на этого паркетного сопляка – забота?!
Лидия покачала головой.
– Любезнейший, вы забываетесь.
Тон был отработан до мелочей, мало того, подкреплен внутренней уверенностью в себе.
Она здесь королева. Все остальные – ее подданные. Пусть Таламир ее любовник, это она снизошла до него. Он к ней не поднимался и никаких прав рядом с ней не имеет. Захочет – завтра и жизни его лишит, чтобы другим неповадно было.
Мужчина почувствовал ее настрой, потому что сбавил натиск.
– Ваше величество, умоляю объяснить, чем я прогневил вас.
Лидия усмехнулась. Своим голосом Таламир владел не хуже. И сейчас в нем звучало огорчение человека, которого несправедливо обидели. Он, конечно, благородно прощает даму, но ведь не заслужил! Ничем не заслужил!
– Я не гневаюсь.
– Так отмените эту позорную ссылку.
– Приказ навести порядок в ваших родовых землях, герцог Карнавон, вы называете позорной ссылкой?
– Мне не нужно герцогство, моя королева. Без вас…
Усмешка стала более заметной.
Не нужно?
Не смешно!
Еще как нужно, просто Таламир боится, что ему на смену придет другой, потом третий, а потом и пригласить его забудут.
– Герцог, это не ссылка. Это скорее убить двух зайцев одной стрелой, – принялась объяснять Лидия. – Поймите, сейчас при дворе ходят… нехорошие слухи. Удаляя вас, я пресекаю сплетни – во-первых.
– Я и сам могу справиться со сплетниками, – вспыхнул Таламир, опуская руку на эфес клинка.
– Чем больше вы убьете, тем громче будут голоса оставшихся.
Чистая правда. Таламир вздохнул.
– Хорошо, ваше величество. Когда мне можно будет вернуться?
– Не просто вернуться. А приехать с победой.
Таламир вскинул брови, и Лидия соизволила пояснить:
– Эфрон.
– Эфрон…
– Да, тот самый сбежавший сопляк. О нем тоже болтают, как вы понимаете. То ли сам сбежал, то ли с вашей женой, то ли он ее украл, то ли…
