Оказалось, что Джоэль в течение нескольких лет потихоньку привозил в Цитадель различное оборудование со своих предприятий, а после того, как полностью переселился в Цитадель и привез с собой необходимую документацию, решил наладить не только ремонт, но и производство. Пегас был еще одним молодым Воином, получившим образование во внешнем мире, его страстью была электроника. Парень сумел собрать из привезенного оборудования полностью автоматические линии и считал, что скоро Орден перестанет зависеть от внешнего мира в плане оружия. А еще, он надеялся запустить старинные машины, столетиями бездействовавшие в подземных коридорах Цитадели. Барса всегда интересовало все новое, поэтому он с головой окунулся в эту работу, впитывая нужную информацию, как губка. Райя ни в чем старалась не отставать от отца и старшего брата, и очень скоро начала разбираться в оружии внешнего мира не хуже мужчин.
Промеж всех этих забот, девочка находила время, чтобы каждый день навещать своего маленького племянника, находившегося на попечении у Ханны. Малыш Ариэль, с раннего детства кочевавший от одной кормилицы к другой, быстро привык к заботливым рукам Целительницы. И теперь целыми днями путешествовал на крепких плечах Ханны, постоянно подпрыгивая или зарываясь в ее светлые локоны своей темной, курчавой головенкой и заливаясь звонким смехом. Начальница госпиталя, очень привязавшаяся к новому Воспитаннику, утверждала, что малыш, определенно, крылатый.
Его отец тоже начинал потихоньку оттаивать. Кошка с содроганием вспоминала тот миг, когда Морской Змей появился в Цитадели с крохотным сынишкой на руках. Несмотря на горячие объятия Райи и участливое сострадание Ханны, лицо его оставалось таким же бледным и неподвижным, как у надгробной статуи. Казалось, вся жизнь ушла из него. Кошка вынуждена была воспользоваться властью Магистра, чтобы заставить сына заниматься прибывавшим оборудованием. Джоэль подчинился, но работал без прежнего огонька. Барс, как и Райя, изо всех сил, пытался поддержать названного брата.
Ханна тоже постоянно находилась поблизости, и в ее глазах Кошка видела не только жалость, но и любовь. А однажды, решив зайти утром к сыну в келью, несколько раньше обычного, женщина увидела его спящим в обнимку со своей подругой детства. И облегана на нем не было. Кошка тихонько выбралась в коридор и попросила всех известных ей богов присмотреть за счастьем этой пары. С того дня на лице Морского Змея снова начала появляться улыбка.
Для Райи такая перемена в настроении брата не прошла незамеченной, и она быстро выяснила причину этого. И посчитала, что в ее жизни тоже чего-то не хватает! Узнав, что Барс приходится ей отцом, девочка перестала донимать того своим кокетством. Зато, с гораздо большей благосклонностью, начала принимать ухаживания Стрижа. Юноша был года на полтора ее старше, но уже принял симбионта, носил облеган и мантию. Его крылья были настоящими, а в летном мастерстве Стриж уже был не хуже любого Воина, и не существовало скалы, на которую он не смог бы забраться, чем снискал огромное уважение среди Учеников и молодых Воинов. И парнишке очень нравилась хорошенькая и жизнерадостная Райя. А та с удовольствием кружила ему голову.
Кошка относилась к ее играм снисходительно, пока однажды не вошла, на правах Наставника, без стука, в келью Стрижа. Магистр отобрала-таки мальчишку у Тигра после того, как увидела, в каком состоянии тот попал в госпиталь, после тренировочного Поединка с Наставником. Стриж был в восторге от такой замены, Кошка – тоже не против, ей нравился упорный и независимый пацан. Но застав его с дочерью, в весьма интимной обстановке, женщина была изрядно раздосадована.
Райя мигом вылетела из кельи, увидев гневно нахмуренные брови матери. Магистр последовала за ней.
Конечно, отношения в Ордене, между молодыми Воинами обоего пола, были весьма свободными, что отчасти объяснялось опасностью, подстерегавшей их в каждой миссии, за пределами Цитадели. А еще тем, что вероятность забеременеть, для принявших симбионт женщин, была очень невелика. И у каждой из них, на всякий случай, была горькая капсула, встроенная в полый зуб. Ее предписывалось раздавить, если возможная беременность могла помешать выполнению очередной миссии.
