Немедленная реакция на малейшее неудобство — как это принято в наши дни — разыграть трагедию и пустить крокодиловы слезы. Каждый год, как обычно, происходит отмена либо задержка в проставлении отметки «А», что приводит к потере целого учебного года среди «лучшей и самой талантливой» части британской молодежи. «Какэто отразится на нашей карьере, доходах и качестве жизни?» — стонет она, сопровождаемая разноголосым хором, состоящим из их родителей, активистов и прессы. Обратите внимание на смелое использование пассивного глагольного залога в описании несчастий, беспомощности и притеснений, испытываемых молодежью. Нам говорят о том, что «миллионы вынуждены сеять бурю». «Вынуждены» -значит, принуждены. Интересно, кем? Кому нужно, например, принуждать меня? Если было бы сказано — «миллионы решили сеять бурю», то это — другое дело. Звучит слабо и не вызывает никакой ярости, никаких волнений, которые только и могли бы принудить правительство искать решение этой проблемы.
Около 60 г. н. э. Сенека написал письмо своему другу Луцилию об общем знакомом по имени Либералис. Сенека пишет, что этот человек был совершенно удручен, узнав, что в одном гордом римском поселении — Лунгдунуме (ныне г. Лион) — случился сильный пожар, отчего поселение буквально выгорело дотла за два дня. Сенека сообщает, что от городка действительно ничего не осталось, кроме пепла; и это событие стало для Либералиса, известного своим твердым характером и стойким духом, серьезнейшим испытанием — особенно если учесть, что пожар начался совершенно внезапно. «Все неожиданное всегда требует от нас больших жертв. Значит, — заключает Сенека, — ничего не должно быть для нас неожиданным. Мысленно мы должны заглядывать далеко вперед и думать не только о том, что уже случилось, но и о том, что может случиться». Он указывает, что изменчивая фортуна может не только проявиться самым неожиданным образом, но и обратить наши руки против нас самих же или разрушить нашу жизнь до основания. Никто не застрахован от ее капризов, особенно во времена счастья и больших надежд. Ну, а если фортуна бьет, то наотмашь — быстро и жестоко.
Утешением служит то обстоятельство, что крутые повороты судьбы иногда приводят к хорошему итогу. Сенека приводит слова одного из друзей императора Августа, человека, настроенного к Риму недоброжелательно. Этот человек сказал Сенеке, что только потому расстроен видом сгоревших домов, что на их месте римляне построят новые дома, куда лучшие, чем прежде.
В любом случае ум и сознание человека должны быть направлены на то, чтобы понять и принять прихоти судьбы. «Что ж, в такой мир мы явились и по таким законам живем». Другими словами, мы видим у древних проявления чувства собственного достоинства, закаленного в неимоверных и бесчисленных страданиях, которыми была полна та давно ушедшая эпоха.
Прискорбная мысль, что человек — хозяин своей судьбы, «красной нитью» проходит через всю древнюю философию. Древнеримский врач Авл Корнелий Цельс, например, делил людей на «слабых» («большая часть городских жителей и почти все, кто считает себя любителями литературы») и «здоровых» — людей энергичных и самодостаточных. «Слабые не должны перенапрягаться, но им показаны легкие физические упражнения, достаточные для того, чтобы вспотеть». Люди из второй группы, по мнению Цельса, не придерживаются никаких правил, однако желательно, чтобы они вели разнообразную жизнь в городе и за городом. Им показано заниматься сельским хозяйством, ходить под парусом и заниматься охотой.
Философ и при этом не бедный человек, Сенека (ок. 4 г. до н. э. — 65 г. н. э.), бывший однажды даже советником Нерона, расширил и углубил концепцию Цельса, включив в нее интеллектуальную составляющую. Он не отрицал пользы от физических упражнений, но считал, что без ментального здоровья тело «даже очень сильное, здорово настолько, насколько здоровы сумасшедший или лунатик». Фанатики физического укрепления тела непригодны для изучения наук: у них притупляются все чувства, а главное (и это хуже всего), они слепо подчиняются приказаниям своих наставников, чьими главными приоритетами являются пот и бесконечное утоление жажды.
Однако ум требует неустанного труда — день и ночь, хотя полезно время от времени ходить пешком или ездить верхом. Мы должны ограничивать свою плоть и давать волю нашему духу, считает Сенека. Нашей целью должен быть самостоятельный, верящий в себя разум, презирающий мнение толпы или незаслуженные дары фортуны, разум, который ищет истину и счастье. «Выздоровевший разум таковым и останется».
