В зале дружно защебетали. Жаворонку, пытавшемуся что-то сказать о врожденном отсутствии музыкального слуха у выдвинутого кандидата, пустельга быстро свернула голову.
«Лесная газета» отметила, что выборы хормейстера никогда не проходили так дружно, как на этот раз.
Задумав наведаться на птичий двор, хитрый ястреб решил притвориться курицей. Легко сказать, да трудно сделать. Выбрав полянку погуще, ястреб решил потренироваться. Неуклюже переваливаясь с боку на бок, он ковылял по поляне и часто наклонял голову, якобы склевывая рассыпанные по поляне зерна. Иногда он, подражая курам, пытался хлопать крыльями и царапал когтями землю, как это делают хохлатки, разгребая мусор и отыскивая в нем корм.
— Кажется, получается, — прохрипел своим скрипучим голосом ястреб.
— Плохо, плохо получается, — прокричал кто-то сверху.
Оказалось, что ястреб был не один. Взобравшись на оголенную верхушку сосны, за ним все время наблюдал ворон.
— А куда ты, сосед, собственно, собрался? — поинтересовался он.
— Да, понимаешь, пригласили меня в одно место, — замялся ястреб. — Вот я и решил порепетировать немножко. Чтобы не выглядеть среди других белой вороной, — скаламбурил он напоследок.
— Ну, ты даешь, ястребок! — усмехнувшись, промолвил ворон. — Что ж, лети, лети. А мы посмотрим, что у тебя выйдет.
После визита ястреб вернулся на поляну изрядно помятым.
— Ну как, соседушка, удачно сыграл новую роль? — поинтересовался ворон.
— Где там! — пожаловался ястреб. — Только я начал, как они скопом навалились на меня и ну клевать! Еле когти унес.
— Сорвали, значит, дебют, — промолвил ворон. — Послушай, сосед, а ты не заметил, как к тебе отнесся петух?
— Еще бы не заметить! Едва я приблизился к молоденькой пеструшке, как он первый вонзил в меня свои ужасные шпоры.
— Вот-вот, я так и думал, ты допустил ошибку. Надо было в самом начале попытаться понравиться петуху. Пококетничать с ним, приласкаться. Тогда и куры приняли бы тебя в свою среду. С этого, в сущности, и начинается путь в искусство, — мудро заметил ворон.
— Приласкаться?! — задыхаясь от возмущения, вскричал ястреб. Он вспомнил выпученные, свирепые петушиные глаза, его свалившийся набок гребень и отвратительную мясистую бородку, которая тряслась при каждом движении. Непреодолимое отвращение охватило гордую птицу. — Чтобы я ласкался с ним?! Да ни за что! Лучше я буду питаться кониной, чем переступлю порог дома этого селадона, распутника, многоженца.
— Тогда спеши, недотрога, на степной могильник, — язвительно сказал ворон. — Я видел, как туда только что притащили околевшую клячу. Специально для таких чистюль, как ты.
И ворон захохотал на весь лес.
Сидя в гнезде, ястреб заметил пролетавшую мимо ласточку.
— Куда направляешься, соседка? — спросил он.
— Несу завтрак детишкам, — ответила ласточка.
— А то, может быть, заглянешь ко мне? — пригласил ястреб. — Отдохнешь немножко, да заодно и на моих малышей полюбуешься?
— Как-нибудь в другой раз, — прощебетала ласточка, убыстряя полет.
Но ястреб взлетел в воздух как молния и быстро настиг певунью.
Потом, оказавшись снова в гнезде и ощипывая перья бездыханной ласточки, пернатый разбойник фарисейски сказал:
— До чего же доходит иногда невоспитанность! Иным огрубевшим птицам ничего не стоит нарушить благородные обычаи нашего лесного добрососедства и гостеприимства.
Ястреба услышала приютившаяся на соседнем дереве сова.
— Как все-таки он чувствителен! — восхищенно заметила сова.
И на всякий случай забралась поглубже в дупло.
В лесной школе Вылетающих птенцов состоялась лекция на тему «Как нападать и как уходить от нападения». Прочитал ее ястреб, и прочитал со знанием дела. По окончании юнцы задали лектору такой вопрос:
— Встречали ли вы в своей жизни такую птицу, которая неоспоримо является самой умной, самой сильной, самой мужественной во всем пернатом царстве?
Ястреб-лектор подумал, подумал и ответил так:
— Если говорить по большому счету, то такой птицей являюсь я.
Уже на третий день после того, как в районе учредили перепелиную ферму, сюда пожаловало некое важное лицо. Было раннее утро, и, кроме дежурного вьюрка, на ферме никого не оказалось.
— Вам кого? — через ажурную, из проволочной сетки, дверь осведомился вьюрок.
— Перепелов.
— Но к ним сейчас нельзя, они завтракают.
— Откройте дверь и впустите меня в вольеру. Мы позавтракаем вместе.
— Не могу. Из начальства на ферме сейчас никого нет. Зайдите попозже.
— Начальство меня не интересует, я же сказал.
— А вы откуда: из Госстраха или Статуправления?
— Не угадали.
— Тогда, может быть, вы ветеринар?
— Опять мимо.
— Ну, сообщите хотя бы вашу фамилию.
— Меня зовут ястреб.
— Тогда это в корне меняет дело, — раболепно пролепетал вьюрок, — милости прошу!
И он гостеприимно распахнул дверь. По собственному горькому опыту вьюрок знал, что высокий гость не станет интересоваться такой лакомой птичкой, как перепел, из праздного любопытства.