— Да, сударь, когда у них друг погибает… И мы вчера пили за упокой души Тодора, который двадцать два года прослужил практикантом… А плакал я потому, что не умер с ним — видит бог, что и я поседею в практикантах. Ведь наверняка знаю, что в должности меня не повысят, пока наш милостивый господин уездный начальник слушает вас…
Господин шеф резанул его взглядом; а спустя три месяца Мича дрожащими губами читал свою служебную характеристику:
«Мита Веселинович, родом из Курьяча, Белопольского округа; способен, пунктуален, но поведения недостойного: привержен пьянству, к
В тот день, когда Мича прочитал свою характеристику, бедняга напился — первый раз в жизни, но не последний, ибо с тех пор он напивался каждый вечер…
И вот как он себя оправдывал:
— Я бедняк, прошлое у меня печально, настоящее горестно, будущее погублено… А вино спасает от отчаяния…
Бедный
Сейчас Мича сидит в тюрьме за то, что утаил 31 грош гербового сбора.
Я, видите ли, не создан быть
Я на это не способен, даже ради того, чтобы мне доносили, что говорят за рюмкой вина или при других обстоятельствах о власть имущих… Ах, благо тем, над кем не стоит
Да, да, все перевернулось вверх дном! Просто беда!.. Ужасная беда! Все на свете изменилось, решительно все! Солнце, луна, звезды стали совсем иными. В молодости я охотно любовался бледным светом луны, юноши засматриваются на нее и по сей день… А я удивляюсь: как они могут глазеть на такую гнусность? Разве это прежняя прекрасная бледноликая луна?.. Теперь это, прости меня господи, подлинный еж, назло свернувшийся клубком, чтобы своими острыми иглами колоть людям глаза… Я без очков и смотреть на него не могу — чего доброго, ослепну… Да и в конце концов, какое мне дело до небес, мой рай был на земле, но сейчас и земля превратилась для меня в ад. Несчастье, сущее несчастье! Солнце жжет, лунный свет готов выколоть глаза, а земля и все, что на ней обитает, вызывает одно отвращение.