Голос Иккадоры изменился; он уже не был похож на куст ежевики, теперь это была тьма, сгущавшаяся в комнате, где задули свечи. Это означало, что Хэтти достигла своей цели; разумеется, читатель, ты уже догадался, что с самого начала она добивалась именно этого. Делкорта тоже умела играть словами, и во время ничего не значащих разговоров аристократы невольно выдавали королеве свои тайны.
– Хорошо. Согласна. Это было бестактно с моей стороны, – заметила Хэтти. – В любом случае это не мое дело, это меня не касается…
– О, хватит уже прикидываться. Мне надоела твоя ложь.
– Объясни, в чем заключается моя ложь и кем конкретно я прикидываюсь? – Она была по-настоящему заинтересована.
И Иккадора Алиса Сикл ответила вопросом на вопрос:
– Ты Хэтти Новембер Ккуль?
Хэтти едва не вздрогнула от неожиданности, но никаких эмоций не отразилось у нее на лице. Возможно, она выдала бы свое изумление, если бы оно сразу же не сменилось чем-то вроде восхищения. Иккадора оказалась более чувствительной к особенностям Святых, чем ожидала Хэтти, а Хэтти приходила в восторг, когда ее ожидания не оправдывались, – ведь это случалось крайне редко.
– Да, – ответила королева.
– И ты всегда ею была?
– Всю жизнь.
Уголки ее губ снова тронула улыбка. Хэтти почувствовала, как корка магии, засохшей у нее на щеках и похожей на спекшуюся кровь, растянулась и покрылась трещинами.
– «Вчера рано утром Червонная Принцесса Хэтти Новембер Ккуль вышла из Лабиринта, держа в руке одну туфлю. Свидетелями этого события стали ожидавшие у ворот придворные Двора Тиа, которые в потрясенном молчании наблюдали за тем, как молодая ведьма босиком прошла по мостовой. По сообщениям, она не произнесла ни единого слова, когда ворота Лабиринта закрылись у нее за спиной. Ни один человек не выживал там с тех пор, как эта часть Петры была превращена в место карантина Святых по окончании чумных набегов. Большинство горожан считали, что Червонная Принцесса погибла в Лабиринте. Редакция газеты «Петра Дейли» приносит свои извинения за публикацию сообщения о предполагаемой смерти Хэтти Новембер Ккуль. Разговоры, которые ходят среди населения об этом чудесном событии, породили новое прозвище Ккуль – теперь ее называют «„Верховной Жрицей Исанхана”…»
– Мне кажется, этого достаточно, – произнесла Хэтти.
Это означало, что чтение ей наскучило. Она обходила дворец с целью убедиться в том, что все готово к коронации, которая должна была состояться сегодня вечером, и к свадьбе, запланированной на завтрашний день. Иль-Хён нашел ее и начал читать ей вслух сегодняшний выпуск газеты, чтобы ее развлечь. Сейчас они стояли в чайной комнате, и Хэтти проверяла, в порядке ли приборы. Делала вид, что ее заботят подобные пустяки; как будто кому-то было дело до этого. Разглаживала скатерти, поправляла поникшие цветы в вазах. Она не могла заставить себя сидеть на одном месте.
– Согласен. – Он откашлялся. – Новембер…
Вот оно. Сейчас Иль-Хён, наконец, задаст ей самый главный вопрос: убила ли Хэтти Делкорту, чтобы взойти на трон?
Но Иль-Хён приятно удивил ее.
– Ты хочешь вернуться, да? Вернуться в Лабиринт?
Хэтти обнаружила, что это замечание доставило ей огромное удовольствие. Она обернулась к нему и слегка улыбнулась. Он держал газету в одной руке, и она почувствовала, как его сердце забилось чаще, когда она вытерла носовым платком мокрый нос.
– Ты так хорошо меня знаешь.
Она подумала: а может ли он действительно хорошо ее знать – теперь?
– Это потому, что ты… можешь? Можешь пойти туда и выжить там?
О, как она была рада тому, что скоро выйдет за него замуж. Она твердо знала, что не любит его, по крайней мере, не так, как он любит ее. Но Хэтти и мечтать не могла о лучшем спутнике жизни. Несмотря на все ее дарования и способности, она ценила интеллект в других.
И поэтому она решила отдать ему эту часть себя. Она хотела увидеть,
– Это потому, – ответила Хэтти, – что, когда я находилась в Лабиринте, я нашла для себя новое божество. – Она поправила черный пион в хрустальной вазе, глядя на свои пальцы, касавшиеся тонкого стебелька. Она инстинктивно чувствовала, какое усилие следует приложить для того, чтобы повернуть цветок в нужную сторону, но не сломать его. – Оно обитает там. Обитает повсюду, но особенно любит Лабиринт.
– Вот как? И что же это за божество?
Хэтти – даже в те времена, когда она была маленькой Хэтти – всегда находила Божественное в Тишине. Она подумала, что, возможно, Тишина и была тем самым божеством, которое наблюдало за ней в этом странном лабиринте, расположенном внутри Стен Петры. Просто оно носило другое имя.
– Смерть.
Хэтти, продолжая надавливать на стебелек пиона, ждала ответа; чайная комната представляла собой стеклянный купол, так что все могли видеть их.
