Джейсон вскочил и бросился открывать дверь раньше, чем кто-либо успел сказать ему, что делать. Внешняя поверхность двери была изодрана в щепку. Ричард остановился в проеме. Висящая лоскутами футболка умудрялась продолжать обтягивать его плечи, но была так сильно порвана, что все кровоточащие раны оставались на виду. В дом он зашел слегка нетвердо. За ним последовали Зейн и Шанг-Да.
Зейн был цел и невредим, а вот Шанг-Да рассекли лицо от подбородка до лба. Сквозь маску крови блестели глаза. Закрыв дверь, он холодно посмотрел на меня.
В отличие от него, я была до смерти рада видеть их всех. Но пошевелиться не могла. Стоит только двинуться, и все пропало. У меня выкатилась слезинка и прочертила по щеке горячую влажную дорожку. Я смотрела на Ричарда, хотела сказать ему так много, но не могла вымолвить ни слова. Слова разбили бы меня вдребезги, на миллион крошечных сверкающих осколков.
Ричард двинулся ко мне, остановился и посмотрел сверху вниз. Он не столько опустился, сколько упал передо мной на колени.
Я выбросила руку, чтобы его удержать, и на моей коже, подобно языкам пламени, заплясал мунин. На пол глухо упал файрстар. Захватив в полные горсти остатки его футболки, я рванула Ричарда на себя, и последние несколько дюймов, отделяющие нас от поцелуя, канули в лету.
У него были сухие губы. Я водила по ним языком, вылизывала их, пока они не стали влажным сладким бархатом. Потом запустила одну руку в разорванную футболку и провела пальцами по следу, который оставила на его сердце.
Он зашипел, словно я причинила ему боль, и схватил меня за запястье. Запустив другую руку, я нашла еще одну рану. Тогда он схватил меня за обе руки. Помните, какой Ричард большой? В целом угрожающим он не выглядит, но вполне может удержать обе мои руки в одной своей. Он отвел мои руки почти мне за спину, и когда я попыталась их освободить, захват только усилился. Он нагнулся, но не для поцелуя.
Быстро и сильно он слизнул капельки крови с ножевой раны у меня под ключицей, и я задохнулась – наполовину от боли, наполовину – от наслаждения.
Он скользнул губами вниз по ране, до места, где начиналась грудь, и нежно ее прикусил – не так, чтобы оставить след, но достаточно, чтобы я почувствовала его зубы. У меня вырвался тихий стон.
Подняв голову, Ричард посмотрел на меня. Он отпустил мои руки и взял вместо этого мое лицо в свои ладони. Я оказалась поймана силой этих рук и была вынуждена смотреть прямо в его изумительные шоколадно-карие глаза.
– Анита, ты меня слышишь?
Я попыталась вернуться к прерванному поцелую, но его руки меня удержали. Мои пальцы снова скользнули на его грудь, исследуя гладкую кожу, открытые раны на ней. Я хотела прижаться к нему всем телом, но его руки твердо держали мое лицо, и у меня никак не получалось приблизиться.
– Анита! Отвечай, Анита! Ты здесь?
Его хватка становилась почти болезненной.
Мне не пришлось отталкивать мунин. Он отступил сам. Почувствовав, что Райна оставила меня достаточно, чтобы ответить, я прошептала:
– Здесь.
– Ты этого хочешь? – спросил он требовательно.
Я беззвучно заплакала, по моему лицу катились огромные слезы.
– Хочешь меня сейчас, вот так? – спросил он еще настойчивее и тряхнул меня, словно мог таким образом утрясти меня обратно в свое тело.
Мои пальцы скользнули поверх его рук, прижимая их к слезам. Хочу ли я его?
– Да, – ответила я шепотом.
– Сейчас, вот так?
Это был слишком трудный для меня вопрос. Согнув пальцы, я попыталась убрать его руки от своего лица. Меня начало трясти.
– Поцелуй меня, Ричард, пожалуйста, поцелуй меня. Пожалуйста, Ричард, пожалуйста!
Я опять плакала и не могла сказать, почему.
Не убирая рук, он прижался ко мне и поцеловал. Его губы летним зноем коснулись моих. Я почувствовала его язык и попыталась двинуться ему навстречу, но его руки меня удержали. Он сам приник ко мне, прижался губами. Он словно пробовал меня поцелуем, пробирался в меня своими губами, языком и вытягивал наружу.
От этого ощущения я задрожала у него в руках еще сильнее. Глаза закрылись, руки безвольно опустились, отдавая инициативу ему. Очень медленно его руки опустились с моего лица, и скользя кончиками пальцев вниз по моим обнаженным плечам, он не переставал меня целовать. Его руки замерли, встретив на плечах ремни ножен, которые я носила на спине, словно не зная, что с ними делать.
Открыв глаза, я хотела поднять руки и помочь, но он взял меня за предплечья и удержал руки на месте.
– Справлюсь, – сказал он тихо.
Я посмотрела на него. Я еле дышала от желания. Мне безумно хотелось, чтобы его обнаженное тело прижалось к моему, хотелось почувствовать его всей кожей. Захватив край одной из дыр на футболке, я рванула ее шире.
– Снимай.
– Рано, – покачал он головой.
Боже, мне хотелось броситься на него, как дикой волчице, а он так чертовски уравновешен. Но я чувствовала его желание. Чувствовала такое же всепоглощающее, как мое собственное желание, и при этом он мог так близко, совсем близко просто стоять на коленях.
– Все вон, – приказал Ричард.
