- Может предохранялась она? - предположила я. Он
замотал головой:
- Нет, я знаю, она хотела от меня ребенка.
После полуночи мы снова предавались любви, и уснули
только под утро. Это была безумная ночь первая в моей жизни.
Проснулись мы в десятом часу, да и то - разбудил телефонный
звонок. Кто-то ошибся номером. У меня было хорошее
настроение: я ни о чем не жалела. Лукич приготовил завтрак и
подал в постель. Меня трогала его забота и внимание. Он
читал мои мысли, это я подметила еще на теплоходе. В
полдень мы расстались. Прощаясь, Лукич сказал:
- Имей в виду: моя квартира с сей минуты - твое
пристанище. Можешь заходить в любой день и час, и жить
сколько захочешь. Я всегда буду рад тебя видеть. Встреча с
тобой всегда будет для меня праздником.
В электричке всю дорогу до самой Твери я
анализировала произошедшее. Начинала со студенческих лет,
когда впервые в театре, увидела Богородского в роли
Булычева. Потом встречу на теплоходе и, наконец, эти
483
безумные сутки. Я суеверная, верю в судьбу. Неужто это моя
судьба? Мне боязно - сорок лет разница! С ума сойти! Да на
нас будут пальцем указывать: дедушка и внучка.. Я не хотела
верить в реальность случившегося, не хотела ничего
загадывать. Но понимала, отдавала себе отчет в том, что он
все глубже и глубже входит в мою душу и я уже не смогу о нем
не думать, я буду искать с ним встречи. Потому что с ним очень
легко, хорошо и уютно сердцу.
Глава четвертая
ЛУКИЧ
Я люблю, обожаю природу. У меня с ней божественная
связь. Люблю не только леса и поляны, луга и реки, я люблю
ее во всем планетарном объеме, от облаков и океанов, от
грозных стихий и до последней букашки. Но больше всего, до
сердечного обожания, я люблю природу среднерусской полосы
и в частности Подмосковья. Люблю круглый год: весну и лето,
осень и зиму, не зависимо от погоды. Кто-то верно сказал в
песне: у природы нет плохой погоды. Вот почему я
предпочитаю больше жить на даче, когда свободен от
спектакля и репетиций в театре.
Я люблю одиночество. Но не просто уединение в тиши
кабинета в объятье тягостных дум, трогательных
воспоминаний и несбыточных грез. Мне более по душе
погружаться в сказочный мир природы, становясь частицей ее
самой, быть с ней на "ты", наслаждаться ее удивительной
гармонией и нерукотворной, первозданной красотой. В городе
мы лишены такого блаженства, и при первой возможности я
убегаю из московской квартиры, сажусь в электричку и мчусь
на дачу, в мой уют и пристанище души. Переступив порог
калитки, прежде, чем открыть дверь дома, я иду в сад - это
главное мое детище, моя любовь и вдохновение. Его я
сотворил своими руками, своим мозолистым трудом. Я
корчевал пни, выкапывал дерн, рыхлил землю и сажал. Сажал
то, что дает плоды - кусты смородины, крыжовника, стебли
малины и конечно же - яблони, вишни, сливы. Работал до
пота, до устали, после чего было приятно прилечь на
раскладушку и смотреть в безбрежную синеву неба, созерцать
паруса облаков, их плавное, свободное движение в мировом
океане.
484
Театр для меня вторичен, после сада. Он источник
существования, он дает мне кусок хлеба, одежду, крышу над
головой. А дача, сад - это для души. Утром я выхожу в сад в
приподнятом настроении и здороваюсь с каждым деревом,
каждым кустом. Они отвечают приветливой, благодарной и
только мне одному понятной улыбкой. Я знаю их характеры, их
просьбы ко мне, я дал им жизнь, они мои сокровища. Вам
приходилось видеть сад весной во время его цветения? В нем
воплощение молодости, ее всплеск и порыв в поднебесье,
надежда и мечта, красота и гармония природы, созерцая
которую и ваша душа наполняется юными порывами, этой
прекрасной, не имеющей границ стихией. А пора зрелости,
разве не дивная сказка? Сегодня утром я вышел в сад, и
спелые увесистые антоновки и краснобокие штрифлинги
радовали и ласкали мой взор и сами тянулись ко мне: на, мол,
возьми, отведай. И я сорвал зелено- оранжевый плод и с
хрустом надкусил его сочный, ароматный бок. Стая настырных,
ненасытных дроздов с визгом разлетелась с высокой красной
рябины, и мне вспомнились стихи тонкого лирика и
непреклонного патриота Геннадия Серебрякова:
