Мансур побежал к орудиям. Пройдя вдоль всей батареи, он убедился, что каждая пушка нацелена как следует, и лишь тогда отдал приказ стрелять. Огромные бронзовые стволы взревывали один за другим и откатывались назад на лафетах. И каждое ядро нашло свою цель.
Мансур так близко прошел под носом «Арктура», что бушприт большого корабля зацепил оснастку его бизани и оборвал ее, но корпуса разошлись на расстоянии вытянутой руки.
Мансур тут же развернул «Эльфа» и точно подвел его к борту «Арктура». Люки бойниц с этой стороны были до сих пор закрыты — на «Арктуре» оказались не готовы к нападению с этой стороны. И как только матросы «Эльфа» забросили абордажные крюки за фальшборт «Арктура» и два судна притянулись друг к другу, Мансур дал еще один залп из орудий правого борта и тут же повел своих громко оравших, словно берсерки, людей в бешеную атаку.
Артиллеристы «Арктура» повернулись к ним, но моментально оказались в гуще рукопашной схватки. Пушки «Арктура» с другой стороны остались неперезаряженными после очередного залпа — команда бросила их, кинувшись навстречу людям Мансура. «Арктур» словно очутился в челюстях барракуды.
Сражение захватило всю главную палубу, но команды двух шхун превосходили по численности команду «Арктура», и вскоре они начали одерживать верх. Мансур нашел Корниша, и они скрестили клинки. Мансур пытался отогнать капитана по палубе к груде упавшего паруса. Но Руби Корниш был хитрым старым морским волком. Он решительно сопротивлялся, и они просто кружили друг возле друга.
Дориан стремительным ударом убил какого-то матроса и огляделся в поисках Гая. Правда, он не слишком хорошо представлял себе, что сделает, если его найдет. Возможно, в глубине сердца он жаждал боевого примирения. Он не нашел брата в гуще сражавшихся, но увидел, что их сторона побеждает. Команда «Арктура» проигрывала схватку. Двое даже бросили оружие и шустро, как кролики, нырнули в ближайший люк. А когда команда удирает под палубу, она побеждена.
— Видит бог, победа за нами! — крикнул он людям рядом с собой. — Вперед, на них!
Его голос наполнил матросов новыми силами, и они ринулись на врага. Дориан поискал глазами Мансура. Тот сражался на дальнем конце палубы с Корнишем. На одежде Мансура появилось пятно крови, но Дориан понадеялся, что это кровь врага. Потом он увидел, как Руби Корниш сорвался с места и побежал назад, чтобы попытаться собрать своих удиравших людей. Мансур слишком устал, чтобы гнаться за ним, и опустил меч. В свете корабельных фонарей его лицо, покрытое потом, блестело, а грудь тяжело вздымалась.
Дориан крикнул ему:
— Что с Гаем? Где мой брат? Ты его видел?
— Нет, отец! — хрипло выкрикнул в ответ Мансур. — Наверное, убежал вниз вместе с другими.
— Мы их разбили! — крикнул Дориан. — Еще немного, и «Арктур» наш! Вперед!
Люди вокруг него разразились воплями и хотели уже помчаться за врагом, но их внезапно остановил визгливый голос Гая Кортни, прорвавшийся сквозь шум битвы.
Он стоял у поручней на палубе юта. В одной руке он держал зажженный фитиль, а на плече удерживал бочонок черного пороха. Пробка из бочонка была выбита, черная дорожка тянулась к его ногам.
— Эта пороховая дорожка идет в главный погреб! — крикнул Гай.
Хотя он говорил по-английски, смысл его слов поняли все арабские матросы. Битва прекратилась, и все в ужасе уставились на Гая. На палубе «Арктура» воцарилась глубокая тишина.
— Я взорву этот корабль, а вместе с ним и всех вас! — визжал Гай, поднимая повыше фитиль. — Видит бог, я это сделаю!
— Гай! — крикнул ему Дориан. — Я твой брат, Дориан Кортни!
— Прекрасно это знаю! — откликнулся Гай, и в его голосе послышалась горькая злоба. — Верити призналась в своем предательстве! Но это тебя не спасет!
— Нет, Гай, ты не должен этого делать!
— Тебе нечего сказать, чтобы разубедить меня! — рявкнул Гай и сбросил бочонок с плеча на палубу.
Бочонок раскололся, и порох рассыпался вокруг. Гай медленно опустил к нему тлеющий фитиль, и вой ужаса разнесся по заполненной людьми главной палубе. Один из матросов «Мести» развернулся и подбежал к поручням. Он перепрыгнул через узкое пространство, разделявшее суда, к иллюзорной защите собственного корабля.
Его пример оказался заразительным. Люди поспешили вернуться на малые корабли. А очутившись там, начали рубить саблями связывавшие суда канаты.
Только Кумрах, Батула и еще несколько верных моряков остались рядом с Дорианом и Мансуром.
— Это хитрость! Он такого не сделает, — сказал им Дориан. — За мной!
Но когда он кинулся к основанию трапа, ведшего на ют, Гай Кортни сунул фитиль в порох.
Порох воспламенился; испуская густую струю дыма, огонек быстро побежал по палубе, добрался до открытого люка и исчез внутри корабля.
Даже самых закаленных капитанов и офицеров покинуло мужество, и они бросились искать спасения на своих шхунах. Последние абордажные канаты уже лопались, как хлопковые нитки. Еще мгновение — и малые корабли оторвутся от «Арктура» и уйдут в темноту.
— Даже если это просто уловка, мы все равно окажемся в западне! — крикнул отцу Мансур.
