Отца Камилла, профессора Афуз-заде, назначили бригадиром полеводческой бригады из переселенцев-татар. Надо сказать, что перспективы на дальнейшее продвижение по службе у него не было, даже удержаться на этой высокой должности ему вряд ли было дано, - уволили бы за профнепригодностью. Исконный городской житель и потомственный интеллектуал - и вдруг на колхозной плантации! Надо было уходить из этого сельскохозяйственного кооператива. Уйти можно было только в районный центр, в близлежащий город Андижан спецпереселенцу, будь он даже и профессор, пути не было. Выбралась профессорская семья из колхоза имени Основоположника в кишлак, примыкающий к районному центру с интригующе древним названием “Чинабад”. Туда же перебралась вскоре одна из теток, другая же с бабушкой Камилла уехала в более цивилизованную часть Узбекистана - в столичную Ташкентскую область. Благо, что в первые год-два перемещаться в пределах Узбекистана большинству спецпереселенцев было разрешено, если только поставить в известность комендатуру при местном управлении НКВД. Позже, в году сорок шестом, чтобы переехать в другой район или область нужно было получить так называемый "вызов", который выдавала комендатура принимающей стороны, и, если будет на то разрешение комендатуры по месту вашего проживания, вам могли разрешить переезд, но только со специальным сопровождающим из сотрудников НКВД.
А профессору Афуз-заде в столичную область переехать не разрешили...
<p>Глава 10</p>Для уничтожения еврейского народа, - для "окончательного решения еврейского вопроса", - германские фашисты сконструировали и построили газовые камеры. Советская же власть, то ли в силу технологической слабости, то ли ради экономии средств, решала проблему уничтожения крымских татар древним ассирийско-вавилонским способом - выселить и обречь на вымирание. Власти надеялись, что погибнет весь народ, но мы оказались живучими. Половина народа выжила. Мы всегда обманывали ожидания имперских властей...
Аборигены "Зеленого Острова" - "Ешиль Ада", так называет наш народ свою Отчизну, оказались заброшены в самый центр Азиатского материка. Мы выжили и вскоре наладили свой быт, но не для того, чтобы «укорениться», а чтобы дождаться возвращения на Родину. И стали размножаться, размножаться. Власти испугались, а мы все размножались, размножались, размножались. Семьи крымских татар расползались по чужой земле, но нашей вины в этой экспансии не было. Нас, не помышляющих о чужой земле, насильно поселили на исконной территории других народов, не спросив на то согласия ни у этих народов, ни, тем более, у нас. В самые трудные часы нашего существования мы помнили об отнятой у нас Родине. Умиравшие завещали остающимся вернуться, во что бы то ни стало, на крымскую землю, где возник, развился и обрел самосознание наш этнос.
Многие из людей, которые жили-поживали в тех азиатских краях до нашего прибытия, помогали нам насколько могли, не могущие ничем помочь хотя бы сочувствовали. Но были и такие, которые смеялись над нашей нищетой - это были те, кто сросся с советской властью.
