Гонцы весны полностью

Н а ч а л ь н и к. Наливай, друг! А ты, Вася, играй, да повеселее, рви меха, так чтоб душа вон рвалась!

Заливается гармошка.

П а в е л (тихо). Пора… Окосел наш благодетель. Василий, встань к двери… Печать у него в этом ящике. (Открывает замок в ящике стола.) Готово… Вот она. Загороди меня, парень, чтоб приложить ровненько.

Начальник вдруг начинает орать песню.

Ори, ори, отводи душеньку… (Закрывает ящик стола.)

В а с и л и й. Вахтер идет.

В а х т е р. Лазарь Силантьевич, пора бы уж и домой…

П а в е л. Охмелел он немного.

В а х т е р. А вы тоже хороши, ребята. Нашли место, где начальника поить.

П а в е л. Сам захотел. Да ты не шуми, мы его сейчас на извозчике домой доставим. (Будит начальника.) Лазарь Силантьевич, а Лазарь Силантьевич, домой пора.

Н а ч а л ь н и к. М-м-м… что? Ты как это тут оказался, сукин сын?

В а х т е р. Ребята вас домой отвезут, Лазарь Силантьевич. Хозяйка ждет.

Н а ч а л ь н и к. Домой? Это, пожалуй, резон… Стой! Вахтер, проверь все замки, ну-у!

В а х т е р. Все замкнуто, Лазарь Силантьевич.

Н а ч а л ь н и к. А стол?

В а х т е р. И стол в порядке.

Н а ч а л ь н и к. А ключи у тебя?

В а х т е р. Так точно. Вы изволили мне их передать.

Н а ч а л ь н и к. Вот так-то… У меня чтоб все было в ажуре… Пошли! (Запевает пьяным голосом. Песня удаляется.)

Разлив. Шумят на ветру ветви кустов.

Ш о т м а н. Итак, Владимир Ильич, отныне вы на законном основании являетесь Константином Петровичем Ивановым. Вот ваши документы.

И л ь и ч (рассматривает документ). Так… все сделано тонко, вполне законная печать и подпись. Но это лишь пропуск, а где удостоверение? Без него я юридически незаконен.

Р а х ь я. И это предусмотрено. Пожалуйста…

И л ь и ч (читает). «Сие удостоверение дано от Сестрорецкого революционного комиссариата К. П. Иванову в том, что он действительно то лицо, каким себя именует, т. е. гражданин Сестрорецкого общества, проживающий в Сестрорецке по Разливному переулку в доме Рабиновича, что подлинно с приложением печати удостоверяется». (Смеясь.) Вот это настоящий документ! Тут и «сие», и «лицо, каковым себя именует», и даже — «приложение печати»!

Ш о т м а н. И подлинные подписи председателя и секретаря.

И л ь и ч. Что ж, Николай Александрович, да и все вы потрудились на славу. А знаете, как пришлось меня фотографировать? (Смеется.) Представьте, товарищи, чтоб навести фокус, проделали… Что бы вы думали?

Р а х ь я. Интересно!

И л ь и ч. Маленький фокус!

Ш о т м а н. Какой же, Владимир Ильич?

И л ь и ч. Мне пришлось встать перед фотографом на колени.

Все смеются.

Ш о т м а н. План переезда в Финляндию, Владимир Ильич, таков.

Р а х ь я. Сначала деревня Ялкала. Будете жить в домике у родителей моей жены. Они сдадут вам комнатку как писателю. Комнатка в пристройке, низенькая, но зато рядом озеро с чудесным названием — Красавица. А потом — в Гельсингфорс.

И л ь и ч. Гельсингфорс? А почему не Выборг?

Ш о т м а н. Там пока очень опасно. Шпики так и снуют. Но в дальнейшем мы переправим вас туда.

И л ь и ч. Вот это было бы очень хорошо. Итак, слушаю…

Ш о т м а н. Паровозный машинист Ялава — большевик. Он водит поезда на Петроград до станции Райвола. Вы станете кочегаром Ялавы.

И л ь и ч. Что ж, был финским косарем, почему же не стать кочегаром? Товарищ Емельянов, думаю, меня отпустит в кочегары?

Е м е л ь я н о в. Что ж поделать — отпускаю…

Р а х ь я. Сначала мы пройдем сюда… посмотрите по карте…

И л ь и ч (читает). Станция Левашево. Сколько идти?

Е м е л ь я н о в. Чуть больше десяти верст.

Р а х ь я. Потом сядем в поезд, идущий в столицу.

И л ь и ч. Понимаю… Это будет, пожалуй, самый опасный участок дороги.

Е м е л ь я н о в. Да, Владимир Ильич, на станции можно нарваться на казачий патруль.

И л ь и ч. Патруль… Но иного выхода нет.

Р а х ь я. Зато в Гельсингфорсе вы будете жить как у Христа за пазухой.

И л ь и ч. У кого же?

Ш о т м а н. У гельсингфорского полицмейстера.

И л ь и ч. Да неужели?

Все смеются.

Ш о т м а н. Видите, токарь Густав Семенович Ровио выбран рабочими организациями начальником милиции Гельсингфорса. Генерал-губернатор октябрист Стахович утвердил его старшим помощником полицмейстера. Но так как полицмейстер поручик фон Шрадер удрал, Ровио исполняет его обязанности.

И л ь и ч (смеясь). И по долгу службы имеет отношения с контрразведкой Керенского?

Ш о т м а н. Совершенно верно! Квартира его — комната и кухня — находятся на Хагнесской площади. Здесь вы проживете в совершенной безопасности недели полторы. На всякий случай приготовлены квартиры у товарища Усениуса и у машиниста Артура Блюмквиста. А в Выборге будете жить у финского журналиста Юкки Карловича Латукки в рабочем квартале Таликкала.

И л ь и ч. Да, переездов хоть отбавляй. Но… ничего не поделаешь. Итак, кто знает дорогу в Левашево?

Е м е л ь я н о в. Я, Владимир Ильич.