Я невольно дёрнул латной перчаткой чтобы почесать в затылке, совершенно забыв, что я в глухом шлеме. М-да, вечер совершенно перестал быть томным.
– Но зачем они тогда нас нанимали? – озадаченно спросила Элли, обернувшись ко мне.
– Не знаю, – раздражённо пожал я плечами. – Может, боялись, что он от конкурентов сам сбежит. Хотя, скорее всего, нас просто хотели подставить. Как всегда.
Наши размышления вслух прервал Нечай, временно принявший на себя командование остатками группы. Ребята пробились внутрь и даже смогли разыскать ещё четверых противников, с которыми смогли справиться, потеряв лишь одного из молодых стрелков. По итогу получалось, что сторожил принца даже не десяток, а какой-то жалкий «девяток» бойцов. Слишком легко.
На душе, и так терзаемой сомнениями, правильно ли мы поступили, впрягшись в чужую разборку, стали скрести кошки. Я привык доверять своим ощущениям, поэтому безо всяких раздумий поспешил обратно к раскуроченному шлюзу. Нужно было срочно делать отсюда ноги.
– Нечай, уходи обратно на капсулы! Элли, на тебе принц!
– Всю жизнь мечтала…
Девушка схватила понурого аристократа за руку и потянула за собой. Тот удивлённо округлил глаза, но покорно пошёл следом, косясь на меч в её руках.
Стандартные спасательные капсулы я отмёл сразу. Кто бы ни устраивал охрану принца, дураком он не был по определению. Поэтому покинуть яхту нужно было только проверенным способом – через внешний гермозатвор. До работающей версии пришлось бы пересечь весь звездолёт по диагонали, что мне категорически не хотелось. А вот наш поломанный был буквально под боком.
Шлюз, где мы схватились с гвардейцами, автоматически запечатался, чтобы избежать утечки домашней атмосферы звездолёта. Внутренние створки оказались в полном порядке, а вот внешним сильно досталось от гранат, но сейчас мне это было только на руку. Стоило нам войти, как воздух со свистом стал засасываться в небольшие пробоины, покрытые инеем. Пройдя мимо остатков рептилоида, я активировал лучевой меч и воткнул сияющее лезвие в одну из самых крупных трещин, пытаясь как можно скорее прожечь выход наружу.
– Что вы делаете?! – забеспокоился Сотка, хватаясь за покорёженные поручни, идущие вдоль стен.
Сквозняк в шлюзе стал понемногу нарастать, так что пришлось до поры прикрыть внутренние створки.
– Спасаю тебя, конечно же.
– Но я умру в открытом космосе!
– Блин, тебе не угодишь…
С одной стороны, наш юный дариокс был совершенно прав – на нём кроме нарядной одежды ничего и не было. А расшитый камзол, при всей своей дороговизне, никак бы не спас своего владельца от беспощадного вакуума. Поэтому ему достался мой изгрызенный персональный щит, который немедленно покрыл его стройную фигуру мыльной плёнкой силового поля. На первое время пойдет, а там его наши подхватят. Наверное.
– Так лучше?
– Вы только продлеваете мои мученья… – он поник рогатой головой.
– Хочешь умереть – попроси Элли, она всё устроит в лучшем виде, – предложил я ему. – Вжик, и никаких проблем. Для тебя, конечно. Ну так как?
Сотка с ужасом посмотрел на мою улыбающуюся во все сорок четыре зуба ученицу и невольно отстранился от неё, насколько хватало поручня. Та, наслаждаясь произведённым эффектом, громко клацнула клыками.
– Н-нет…
– Значит, не хочешь умереть?
– Не хочу!
– Тогда слушайся меня, и всё будет хорошо.
Пусть аристократ и походил на пацана, но чем-то он меня всё-таки расположил. Наверное, своей детской наивностью.
Тем временем я уже пропилил значительный кусок створки, прикидывая, где именно будет коробить металл разницей давлений. Полный контур замыкать было не обязательно, достаточно лишь прорезать большую часть, и он сам загнётся, как крышка консервы. Правда, меня самого поначалу утягивало головой вперёд в пробоину, но магнитные захваты вполне справлялись. Да и воздух в шлюзе был далеко не бесконечен.
– Кул! У нас тут сюрприз! – снова раздался в ушах голос Нечаянного.
– Вы ещё внутри?
– Да вот, решили кое-что отколупать на память…
– Ну и как?
– Тут штуковина непонятная на Ядре закреплена. Не определяется.
– Хочешь скажу, что это такое? – с весёлой яростью спросил я.
– Наверное, уже нет.
– Ну так бегите!
Системы корабля уже мозоль на глазах сделали многочисленными сообщениями о критическом повреждении шлюза, но я старался не обращать на них внимания. Выход наружу был практически готов, вот только внутренняя чуйка вдруг буквально завопила от нарастающей опасности.
– Элли, обнимашки!
Я с размаху врезал сабатоном по недопиленному выходу, вкладывая в удар всю свою немаленькую массу тела. Вроде поддалось. Теперь осталось лишь открыть внутренние створки и молиться, чтобы разрез оказался достаточный.
