— Воронушка моя, — говорит девушка, — лети ты к моему отцу, к моей матери, скажи ты им, что дочка их завязла в смоле вместе со злой йомой! Пусть возьмут трехпудовый железный лом, пусть возьмут огонь и бегут сюда!..
Прилетела ворона к старикам, села на оконце, передала им просьбу девушки, да не расслышали старики слов вороны.
Ждала-ждала дочка помощи от отца, матери — не дождалась.
А в это время над головой ее пролетал большой ворон.
— Ворон, ворон! — крикнула девушка. — Скажи ты моим отцу, матери, что завязла я в смоляной реке! Пусть ко мне на помощь спешат, пусть несут огонь да лом тяжелый!
Полетел ворон к старикам, громко-громко закричал:
— Курк-курк! Ваша дочка от йомы убегала да упала в смоляную реку! За ней йома гналась и тоже увязла в смоляной реке! Просит ваша дочка, чтобы бежали вы к ней на помощь, чтобы несли лом железный и огонь!
У ворона голос-то был погромче — расслышали старик со старухой, схватили тяжелый железный лом, огонь и побежали к смоляной реке свою дочку выручать.
Увидала старика и старуху хитрая йома, еще издалека закричала:
— Милые вы мои, вытащите нас отсюда! Собрались мы с вашей дочкой к вам в гости, да обе и упали в смоляную реку!
— Не верьте вы ей, не верьте! — кричит дочка. — Бежала она за мной, погубить меня, съесть хотела!
Подбежал старик и железным ломом вбил злую йому в смоляную реку. Потом развел огонь, растопил смолу и вытащил дочку.
Вернулись они втроем домой веселые, радостные и стали жить вместе, как раньше жили.
В одном стойбище старик жил. Вместе с ним три дочери жили. Младшая самая хорошая, самая умная была.
Бедно старик жил. Чум у него был дырявый, плохой. Одежды теплой мало было. В большие морозы сидел он с дочерьми у огня, грелся. Ночью огонь гасили, спать ложились, до утра мерзли.
Однажды в середине зимы поднялась над тундрой страшная пурга. День дует, другой дует, третий день дует — вот-вот чумы снесет. Люди из чумов выйти не могут, сидят голодные.
Сидит старик со своими тремя дочерьми в чуме, слушает, как пурга воет, и говорит:
— Не переждать нам пургу! Послал ее хозяин ветров Котура. Видно, сердится он, видно, хочет, чтобы мы ему хорошую жену прислали. Иди ты, старшая дочь, к Котуре, не то погибнет весь наш народ. Иди, упроси его, чтобы остановил он пургу!
— Как пойду? — говорит девушка. — Пути не знаю!
— Я тебе маленькие саночки дам. Толкни их против ветра и иди за ними. Ветер будет развязывать на твоей одежде вязки — ты не останавливайся, не завязывай их. Будет тебе в обувь снег набиваться — ты его не вытрясай, не задерживайся. На пути тебе встретится высокая гора — ты поднимись на нее. Там остановись, вытряси из обуви снег и завяжи вязки. Когда будешь на горе, прилетит к тебе маленькая птичка. Сядет она к тебе на плечо, ты не гони ее — погладь, приласкай. Потом сядь на саночки и скатись под гору. Саночки привезут тебя прямо ко входу в чум Котуры. Войди в чум, ничего не трогай — сиди и жди. Когда придет Котура, делай все так, как он велит.
Старшая дочь оделась, встала позади саночек и покатила их против ветра.
Немного прошла — развязались у нее вязки, холодно стало. Не послушалась она отца — стала вязки завязывать. Набился снег в обувь. Остановилась она и принялась выбивать снег. После того дальше пошла, навстречу пурге. Долго шла. Увидела гору, поднялась на нее. Подлетела тут маленькая птичка, хотела сесть к ней на плечо. Девушка замахала руками — прогнала птичку. Птичка покружила, покружила и улетела. Старикова старшая дочь на саночки села, скатилась под гору. Остановились саночки у большого чума.
Вошла девушка в чум. Смотрит — лежит в чуме жареное оленье мясо. Развела она огонь, обогрелась и стала с мяса жир отрывать. Отрывает да ест, отрывает да ест. Много съела. Вдруг слышит — кто-то подошел к чуму. Приподнялась шкура у входа, вошел в чум молодой великан. Это и был Котура. Посмотрел он на девушку, спрашивает:
— Ты откуда пришла? Что тебе здесь надо?
— Меня отец прислал к тебе.
— Зачем прислал?
— Чтобы ты взял меня в жены.
— Встань и свари мясо, которое я принес с охоты. Девушка сварила мясо.
Котура велел ей достать из котла мясо и разделить пополам.
— Одну половину мяса будем есть мы, — сказал он, — другую положи в корытце и отнеси в соседний чум. Сама в этот чум не заходи, у входа постой. Выйдет к тебе старуха. Подай ей мясо и жди, когда вынесут тебе корытце.
Девушка взяла мясо и вышла из чума. А пурга воет, снег идет — ничего не видно. Что найдешь в такую метель!.. Девушка отошла немного в сторону. Остановилась, подумала и выкинула мясо в снег. Сама вернулась к Котуре с пустым корытцем.
Взглянул на нее Котура и спросил:
— Отнесла мясо?
— Отнесла.
— Покажи-ка мне корытце — посмотрю, что тебе дали за мясо.
Девушка показала пустое корытце. Котура ничего не сказал. Поел и лег спать.
Утром он встал, принес в чум сырые оленьи шкуры и сказал:
— Пока я хожу на охоту, выделай эти шкуры и сшей мне из них новую одежду, унты и рукавицы. Вернусь — посмотрю, какая ты мастерица.
