К счастью — хотя бы в этом повезло — сегодня её не тревожили. Может, что-то почувствовали, может, устали пытаться подловить и решили, что подлавливать не на чем. Так или иначе, но когда в полночь патриций привычно появился из-за тайной двери, Гленда подпрыгнула на стуле. Она не ждала его. И так не придумала, как заговорить о том, что её волновало. Действительно ли он хладнокровно убил человека просто потому, что тот мешал его планам?
— За весь день — не то что ни одного визита, ни одной записки или чашки какао, — мягко начал Ветинари, по-кошачьи осторожно приближаясь к столу. — Я заподозрил, что случилось что-то серьёзное, но мне доложили, что ты в полном порядке. Что произошло?
Он стоял рядом, и Гленда не смела поднять на него глаза. Она лишь протянула ему листы, присланные Марголоттой, и спрятала лицо в ладонях, не в силах решить, как заговорить об этом.
Несколько минут Ветинари читал. Затем произнёс короткое: “А!”. Затем раздался знакомый стук. Гленда подняла голову. Закатав рукава, Ветинари привычно нарезал сыр. Впрочем, было в его позе что-то странное. Он был неестественно собран, стоял ещё прямее обычного и старательно не смотрел в сторону Гленды.
— Юный лорд Ржав, — наконец заговорил Ветинари, не прерывая своего занятия. — примечательная личность. Если вас интересует его более ранняя биография, вы могли бы поговорить с командором Ваймсом. Сэр Сэмюэль… Скажем так, пристально следил за судьбой Эмбриона и в некотором роде поспособствовал тому, чтобы с юного господина Ржава была снята ответственность по управлению семейным состоянием. Знаете, командор Ваймс — человек свято верящий в Закон, но иногда и его расстраивает, что этот Закон не имеет обратной силы. Например, когда молодые повесы ради увеличения и без того немалого состояния обращают в рабство тех, за кого некому заступиться. Вроде гоблинов. Вы помните, как относились к гоблинам, до того, как вы уехали в Убервальд? Впрочем, скандал с отправкой нескольких сотен гоблинов в Очудноземье на табачные плантации вы, вероятно, пропустили. Как бы то ни было, командора тогда очень расстроило, что юного Эмбриона всего лишь отправили на Фор-Экс. Он был уверен, что наследник Ржавов связан с жестоким убийством молодой гоблинки. Увы, доказательств не было.
Гленда наклонила голову, пытаясь поймать взгляд Ветинари, но патриций продолжал методично нарезать сыр, будто не было в мире предмета интереснее. И говорить тоже продолжал.
— У меня были основания полагать, что немногие оставшиеся ему годы Эмбрион Ржав посвятит общению с разнообразной и оригинальной фауной Фор-Экса, однако, неизвестным для меня образом он смог прийти к взаимопониманию с нашей посланницей на этом континенте и некоторое время назад объявился в Убервальде…
Ненадолго повисла пауза, и Гленда поняла — повествование приближается к кульминации. Похоже, дело не только в убитой гоблинке, было за этим Эмбрионом что-то ещё.
— Я думаю, вы прекрасно осведомлены о том, как…. специфически работает закон в Убервальде. И ещё, я полагаю, вам известно, что даже для такой специфической работы закона необходимо, чтобы к нему обратились. Чтобы к нему воззвали. Чтобы жертва или её законные представители захотели правосудия. Но что делать, мисс Гленда, когда жертва — не более, чем обуза для семьи? Лишний рот в бедной семье, который нужно кормить? Что делать, если за избавление от этой обузы семье ещё и приплатят, чтобы обращение к закону не бросало тень на потомка благородного семейства?
Гленда похолодела. Она догадывалась, что такое может происходить. Слышала истории про исчезнувших детей, особенно девочек. Она-то всегда надеялась, что они просто сбегали от тяжкой доли, и молилась, чтобы они нашли лучшую жизнь. Как же. Не в Убервальде.
Она встала и обняла Ветинари со спины. Он отложил нож.
— В конце концов, — вздохнула Гленда, прижимаясь лбом к его спине, — курицы, которым я, бывало, сворачивала шеи, виноваты лишь тем, что родились курицами. Прости, что не пришла сразу. Я… Растерялась. И, знаешь, я как-то однажды думала — на кухне полно предметов, которые позволили бы не только прикончить человека, но и без улик избавиться от трупа. Так что если ты обнаружишь ещё одного подобного мерзавца…
Ветинари развернулся и обнял её за плечи. Прижался губами к волосам и прошептал:
— К счастью, в Анк-Морпорке у нас для этого есть Закон и Ваймс, и это почти одно и то же.
— Знаю, но мало ли, — упрямо возразила Гленда. — Ты должен знать, что можешь на меня рассчитывать… Не только в хорошем.
— Я тебя люблю, — прошептал Ветинари едва слышно, и Гленда замерла, потому что именно этих, самых важных слов он до сих пор ни разу не говорил. — Пожалуйста, не позволяй ей больше забираться тебе в голову. Никогда.
— Не позволю, — пообещала Гленда и отстранилась, чтобы взглянуть ему в лицо. — И я тоже тебя люблю, если это вдруг было непонятно.
Он усмехнулся и поцеловал её. Гленда успела подумать, что кто-нибудь может ведь и увидеть, а потом решила — ну и пусть видят! Целовать мужчину, который уже почти стал твоим мужем, точно не преступление.