Джульетта говорила — без остановки, эмоционально и быстро, что прежде было для неё совсем нехарактерно, будто боялась, что её вот-вот силой оторвут от собеседниц. Впрочем, в какой-то момент Гленда начала понимать, почему.
— …И потом Пепе придумал это платье, в котором, Джуниор, дорогой, не выкручивай брату руку, она ему ещё пригодится, так вот, в котором можно только стоять, и чуть-чуть ходить, но если попробуешь сесть — всё разлетится на кусочки. А этому недоумку из “Куль дё мар” припёрло сделать иконографию на фоне, Гленди, солнышко, не бей брата этой штукой, возьми хотя бы подушку. Мисс Фанс! Отберите, пожалуйста, у Чарли кота! На фоне моря. И он потащил меня на балкон, а я не могла быстро идти и вообще боялась остаться голой, так что я, нет, Чарли, котик не противный, не жуй ему хвост — он не будет царапаться. Так вот, о, обязательно попробуйте это печенье, с твоим, Гленда, дорогая, оно, конечно, не сравнится, но из того, что можно купить в Щеботане, нет, Джуниор, ты уже съел достаточно! В общем, так и получилось, что я на него наорала, и все решили, что это были какие-то грязные приставания, и Трев разбил ему иконограф, и пришлось извиняться, но потом Пепе…
У Гленды взрывалась голова. Конечно, когда-то ей было приятно, что Джу назвала дочь в её честь, но сейчас, когда это имя то и дело проскальзывало в сочетании с просьбами не бить братьев, не сморкаться в шторы и не откручивать уши собаке, это… Запутывало. Как будто всего остального мало! Она чувствовала, что сидит с остекленевшим взглядом, и не понимала, как леди Сибилле удаётся поддерживать беседу с непринуждённым видом, без всякого видимого раздражения или даже напряжения. Ещё учиться и учиться тебе быть благородной дамой, сказала она себе.
Наконец все детские были готовы, няня и гувернантка увели троих юных Навроде наверх, и Джульетта торжественно распаковала коробку с тканями и эскизами. Леди Сибилла улыбнулась, давая понять, что это достойная награда за пережитые минуты хаоса.
Ткани были… Во-первых, они были непохожи ни что, что Гленда видела раньше. Никогда прежде ей не доводилось встречать ткани, которые светились бы сами по себе.
— Экспериментальная партия, — прошептала Джельетта. — Мадам Шарн очень просила тебя выбрать одну из них — они вытканы из волокна тех растений, что капитан Моркоу привёз с Луны, ну, её ещё собираются везде высаживать, чтобы получать электричество. Конечно, им пришлось повозиться, чтобы она не жглась — поначалу было довольно противное ощущение, но проблему решили. Теперь тут отличная изоляция, я специально в одном таком снималась в бассейне, чтобы показать, что совсем не жжётся! Удивительно, да? Мадам сказала, что раз мы получили такие ткани благодаря тебе, тебе первой их и демонстрировать.
Гленда приподняла мягкую тряпочку, сверкавшую и переливавшуюся, будто чистый горный снег под ярким солнцем.
— Это потрясающе, — сказала она. — Но я боюсь, что всё это сияние… Понимаешь, когда речь идёт о твоей талии… То есть, тебе-то такое можно, а вот я…
— О, не волнуйся! — отмахнулась Джульетта. — Пепе знал, что ты так скажешь, он специально сделал на всех эскизах вставки на талии, они темнее — золотые, серебряные, красные или синие. Я бы на твоём месте сделала золотые, они так подойдут к твоим волосам! А что ты скажешь насчёт голубого для подружек невесты? Если ты спросишь моего мнения, то я за голубой, потому что лиловый мне не очень идёт. И госпоже Сибилле… Ой, простите, я такая глупая, даже не спросила…
— Конечно! — тут же вмешалась Гленда, предотвращая неловкость. — Да, леди Сибилла, для меня будет огромной честью, если вы будете среди подружек невесты. Думаю, командор Ваймс не будет против?
Герцогиня расцвела.
— Я с радостью разделю этот день с вами, дорогая, — сказала она так искренне, как, наверное, не смогла бы ни одна другая женщина её положения, тем более почти не знакомая с будущей невестой. Но было в леди Сибилле что-то такое, что заставляло верить каждому её слову. — А что касается моего мужа, — добавила она, явно сдерживая улыбку, — вы просто не представляете, как его обрадовало ваше предложение. Быть посажённым отцом на свадьбе у Хэвлока — о, он выжмет из ситуации максимум удовольствия! Особенно из напутственной речи жениху.
Гленда невольно пожалела Ветинари, но и скрыть усмешку не смогла.
— Тогда, голубой? — неуверенно спросила Гленда.
— Прекрасное решение, — кивнула леди Сибилла.
— И, может быть, синие вставки для меня? — робко продолжила Гленда. — Всё-таки золото это немного…
— В самый раз, — твёрдо возразила леди Сибилла. — Вам нечего бояться, милая. Формы — это прекрасно, тут совершенно нечего стесняться.
— Ой, по поводу стесняться, — встряла Джульетта, — дорогая, мне неловко тебя просить, но надеюсь, ты не будешь возражать — я хотела бы быть в накладной бороде. В конце концов, это часть моего образа, и мадам Шарн очень просила…